Мать-одиночка трудилась швеей на «АвтоВАЗагрегате»: Продолжение истории

Наталья встретила меня на лестничной клетке в окружении любопытных соседок, которым, вероятно, не терпелось посмотреть на журналиста с фотоаппаратом.

– А где ваш сын? – спросил я, решив взять ситуацию в свои руки.

– В коридоре бегает. Сынок, пойдем домой.

– Фотографироваться? – сразу же уточнил мальчуган.

– Фотографироваться, – подтвердил я и направился к квартире.

Сколько вы получаете?

В однокомнатную малосемейку мы зашли вчетвером: Наталья с сыном, их бесцеремонная соседка и я. Сложно на глаз определить, когда последний раз соседка принимала алкоголь, но после просьбы не мешать довольно спокойно ушла.

– Читатели «Вольного города» интересуются вашей судьбой. Как вы тут живете? Соседи сильно достают?

– Когда как… Переехать бы отсюда, вот только куда… Один раз мне на работу позвонили, сказали, что в моей квартире пожар. Я бросила все, прилетела сюда.

– И что?

– Слава Богу, пожар был у соседей…

И хотя фраза прозвучала как-то двусмысленно, я не стал акцентировать на этом внимание. Тут ведь главное не слова, а искренность.
Про нелегкую судьбу Натальи Сизовой мы писали в прошлом году. Мать-одиночка трудилась швеей на «АвтоВАЗагрегате», и когда предприятие стали банкротить, ей, как и другим рядовым работникам, перестали платить зарплату. Наталья маялась несколько месяцев, потом отключила совершенно пустой холодильник, а голодного ребенка на полгода отдала в приют, точнее в реабилитационный центр.

– Там сына хоть кормить будут, – объяснила она, сама выросшая в детдоме, свой поступок.

Эта история, опубликованная в «Вольном городе», вызвала большой резонанс. Было очень много обращений в редакцию.

– Правда, что Сизова отключила холодильник? – уточняли некоторые читатели.

– Правда. Я сам видел. Наталья сказала: мол, зачем он, если стоит пустой, а денег на продукты нет.

Люди помогли Сизовой и продуктами, и вещами, и деньгами. И даже предложили временную работу, лишь бы она забрала из приюта сына и… включила холодильник. Так, кстати, Наталья и сделала.

– Расскажите, как сейчас живете, – спросил я хозяйку малосемейки.

– Нормально живем, Сева – со мной. Работаю я на частном предприятии, занимаюсь тем же, что и раньше – шью чехлы на автомобильные сиденья.

– А сколько получаете?

– Ну… 8-9 тысяч, иногда больше, все зависит от сделанного. На жизнь вроде бы хватает. Хотя… Интернет отключу – дорого.

– А с кредитом у вас как? Банк сильно донимает?

– Я уже расплатилась по долгам. Вот даже шкаф купила, правда это «взрослый», на детский денег не хватило.

– Сколько вам остался должен «АвтоВАЗагрегат», точнее его «дочка»?

– 111 тысяч рублей. Как думаете, отдадут? Хотя бы часть?

– Должны. Раньше с каждой трибуны кричали, что гасят долги по зарплате на «АвтоВАЗагрегате». Теперь редко вспоминают. А когда последний раз вам давали там деньги?

– В мае прошлого года мне выдали 3 тысячи, и все. Обещали много раз, бумажки какие-то просили подписать, но толку нет.

Субсидиарная ответственность

Сизова тяжело вздохнула. Глядя на нее, я не стал рассказывать, что в суде Комсомольского района уже несколько месяцев идет процесс над бывшим генеральным директором «АвтоВАЗагрегата» Виктором Козловым. Москвич, который за два года довел районообразующее предприятие до ручки, свою вину не признает. А инкриминируют ему сокрытие денежных средств и другие экономические преступления. Находится он под подпиской о невыезде и не раз жаловался, что эта мера пресечения мешает бывать в столице, где у него семья и хорошие врачи.

Адвокат у Козлова тоже московский, сейчас они готовятся к очередному заседанию суда, которое состоится 12 сентября. Еще конкурсный управляющий «АвтоВАЗагрегата» намерен привлечь Козлова к субсидиарной ответственности на 3,8 миллиарда рублей. Соответствующее заявление уже подано в арбитражный суд. Дело в том, что по действующему законодательству учредители и руководители предприятий не несут материальной ответственности за долги своих юридических лиц. Но могут быть исключения, если эти господа манипулировали денежными потоками, как, например, Козлов. Что из этого реально получится, одной Фемиде известно.

Наша газета 4 августа 2017 года опубликовала коллективное обращение (103 подписи) бывших работников «Пошив АвтоВАЗагрегата». Суть в трех предложениях: «В настоящее время ООО «Пошив АвтоВАЗагрегат» проходит процедуру банкротства. Оказалось, что наше предприятие арендовало помещение с оборудованием у ОАО «АвтоВАЗагрегат», и после банкротства по факту продать практически нечего для выплаты нам зарплаты. Надежда, что нам когда-нибудь отдадут заработанные деньги, равна нулю».

Это письмо адресовано депутату Госдумы Владимиру Бокку – с просьбой передать его президенту страны. Уже после публикации инициативная группа решила подстраховаться и отдала текст обращения в приемную другого депутата Госдумы, Леонида Калашникова, но уже с иной просьбой – отдать его Бокку, чтобы он передал президенту. Полуголодные люди стучатся в любую дверь, лишь бы им открыли и помогли. Или хотя бы обнадежили.

Через две недели после публикации на редакционную почту пришла информация из областного министерства труда, занятости и миграционной политики. Чиновники сообщали, что «бывшие работники «Пошив АвтоВАЗагрегата» могут выбрать представителя их интересов в суде». Для этого необходимо до определенного срока заполнить надлежащим образом бюллетени, отправив их в электронном виде и на бумажном носителе. Кроме заполненных бюллетеней, нужны копии паспорта, документов, подтверждающих трудовые правоотношения с «Пошивом» и «доказательства наличия задолженности».

Я обратил внимание на почтовый адрес временного управляющего: Волжский район, поселок Верхняя Подстепновка. Далековато живет, сможет ли на таком расстоянии понять весь трагизм положения, в котором оказались простые швеи? Вряд ли эти бедолаги станут ксерокопировать свои документы и на последние деньги отправлять заказные письма управляющему в деревню.

Пустые банки

В малосемейке Сизовой как-то неуютно. И дело тут не в мебели, которой явно не хватает, просто бывшее общежитие на улице Победы попало под капремонт. Именно попало, потому что распахнуты двери в подвал, откуда идет спертый воздух, как будто рядом узюковская свалка. В комнатах сняты батареи, в коридорах снуют рабочие со шлангами. Словом, пока разруха.

– Ничего, – успокаивает Наталья. – Зато мне поставили полотенцесушитель, он будет теперь горячим круглый год.

– А раньше как было?

– Сушил только зимой, а если честно, вообще не работал.

Тут в дверь кто-то настойчиво постучался. Наталья открыла – на пороге стоял сантехник.

– Горячая вода есть?

– Нет. И не было.

– Странно, странно, – и с этими словами несколько озадаченный специалист ушел, вероятно, искать горячую воду.

А я спросил у Сизовой, откуда у нее столько пустых банок.

– На всякий случай заготовила. Девчонки на работе обещали со своих дач овощи привезти, надо будет к зиме запасы сделать.

– Может, к читателям газеты обратиться за помощью? Мир не без добрых людей. Что вам нужно в первую очередь?

– Неудобно… У сына зимняя одежда есть, но она ему велика. Нет детского стола, нам новый не надо, можно старенький. Чтобы Сева мог заниматься.

– А сколько сыну лет? Он в этом году идет в школу?

– Нет, на следующий год, в этом его не взяли – задержка психического развития. Севе 7 сентября исполнится 7 лет, я хочу его в подготовительный класс определить, пусть читать научится.

– Его в детском саду не научили читать?!

– Так вышло…

Сергей Русов, «Вольный город Тольятти»

бывшая работница Наталья Сизова

фото из личного архива

Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 34 (1162) 01.09.17
Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

фото: из открытых источников