Женщины по-разному устраивают свою личную жизнь, все зависит от моральных устоев

    Алена, когда мы познакомились, мне рассказывала, что осталась одна с двумя малыми детьми и беременная третьим. Нет, мол, денег, работы, мужа. И квартиру вынуждена арендовать. Словом, куда ни кинь – всюду клин. Мы стали ей помогать и только через год узнали, что она нас обманывала, – с горечью в голосе констатировала прихожанка храма памяти преподобного Серафима Саровского.

    Горечь прихожанки, отвечавшей за социальную работу при церкви, понять можно. Когда Алена живописала свое одиночество, ее официальный муж находился практически в соседнем здании. Дело в том, что он, как старший прапорщик, был кладовщиком в воинской части, которая расположена возле жилого дома. Именно там супруги и снимали квартиру.

    У Алены действительно сейчас трое детей, у них разные отчества. Криминала в этом никакого нет: женщины по-разному устраивают свою личную жизнь, все зависит от моральных устоев. Но есть у многодетной матери и судимость – в прошлом году за использование заведомо подложного документа она была оштрафована на 8 000 рублей. И сведений об оплате штрафа до сих пор нет.

    На этот раз Алену будут судить за мошенничество при получении социальной выплаты. Статья в Уголовном кодексе, конечно, не самая суровая, но история очень поучительная. Тем более такого в Тольятти еще не было.

    Согласно региональному законодательству, семье при рождении третьего ребенка полагается материнский капитал – 100 тысяч рублей. Чтобы его получить, необходимо в течение года приобрести для малыша детские товары (есть определенный перечень), а чеки предоставить в социальную службу. Алена принесла восемь товарных чеков на некруглую сумму – 101 520 рублей, написав соответствующее заявление.
    Через некоторое время ей перечислили 100 тысяч, и в тот же день большую часть этой суммы она перевела для погашения задолженности в микрофинансовые организации.

    Первыми подвох заподозрили работники социальной службы: провели проверку и материалы направили в полицию. Там возбудили уголовное дело, а в качестве доказательств использовали поддельные чеки и данные биллинга. Детализация звонков, сделанных Аленой, показывала, что в определенные дни (даты, указанные в чеках) она находилась в Комсомольском или Центральном районах. Но никак не в Новом городе, где базируется торговая точка.

    Алена, сославшись на статью 51 Конституции (право не свидетельствовать против себя и своих близких родственников), отказалась от дачи показаний. Не особо разговорчивым был и ее муж. Кроме того, примерно через месяц после возбуждения уголовного дела старший прапорщик получил перевод в Красноярский край. Вместе с ним переехала и семья.

    Пришлось дознавателям тоже отправляться в Сибирь. Чтобы спокойно допросить в здании местной полиции обвиняемую, они договорились с командованием части, где служит муж Алены, чтобы тому на этот день дали отгул. Для чего? Чтобы он посидел дома с детьми.

    Не тут-то было! Алена на допрос пришла с тремя ребятишками, а муж сидел в машине возле здания. Словом, не спешила обвиняемая поведать о случившемся и ответить на возникшие вопросы.

    Но зато подробно все рассказала прихожанка православного храма. Как привозила к дому Алены зимнюю прогулочную коляску, детскую кроватку, стульчик для кормления. Эти и другие вещи были подержанными, их принесли в храм.

    – Однажды Алена попросила меня привезти ей к выписке из роддома пеленки, распашонки, ползунки, шапочки и детский конверт. Мы купили все новое, я позвонила и услышала, что конверт уже не нужен, только детские вещи. Привезли. Еще она просила продукты, говорила, что нет денег на лекарства.

    А потом от соседей я узнала, что Алена давно замужем, супруг, кого она так тщательно скрывала, работает. И поняла, почему она встречала нас с вещами либо возле подъезда, либо в прихожей возле входной двери. Почему не пускала в комнаты, там, наверное, были вещи ее мужа, – рассказала прихожанка.

    После разоблачения Алена тотчас удалила свою страничку в соцсетях и больше не звонила. Зато ее приятельницы по «беременным» прогулкам сообщили дознавателю, что покупали у Алены детские вещи, в том числе подержанные. Что наводит на более грустные размышления.

    Правоохранители, надо отдать им должное, нашли «доброхотку», которая выписывала многодетным мамашам товарные чеки. Это продавец Юлия К. Отдел принадлежит частной предпринимательнице и реализует товары, далекие от детских: семена, посадочный материал, средства защиты растений, удобрения.

    Почерковедческая экспертиза показала: чеки заполняла именно Юлия К. Юлия призналась, что у нее есть некая знакомая, которая попросила помочь многодетным семьям. И она, добрая душа, помогала. За пять месяцев «наивная» продавщица отдала примерно 100 товарных чеков.

    – А может, и больше, я их не считала, потому что отдавала и заполненные, и пустые.

    Но делала это исключительно бесплатно. Безвозмездно, – подчеркнула она.

    Несмотря на наличие двух печатей на таких чеках, они не являются документами строгой отчетности. Поэтому Юлия избежала уголовного преследования, а по делу Алены прошла обычным свидетелем. Но с работы хозяйка отдела ее все-таки уволила – кому нужны такие продавцы, от которых возникают проблемы. Тем более предпринимательницу тоже допрашивали, и она ближе к Новому году будет вызвана в суд в качестве свидетеля.

    На днях прокуратура Комсомольского района утвердила обвинительное заключение и направила уголовное дело, в нем три тома, в суд. Процесс начнется, скорее всего, во второй половине декабря. Что-то мне подсказывает, что вряд ли обвиняемая захочет приехать из Красноярска в Тольятти…

    Сергей Русов, «Вольный город Тольятти»
    Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 49 (1228) 07.12.18
    Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

    женщина закрыла лицо