Возможно, мы просто не заметили засыпанного снегом позитива в Тольятти

    Наверняка многие читатели знают о масштабном проекте, касающемся благоустройства сквера по бульвару Гая в 12 квартале Автозаводского района Тольятти. Деньги выделяются немалые (озвучивались разные суммы от 77 до 85 миллионов рублей), однако, как это часто бывает, с началом работ затянули и ушли в зиму. Сейчас объект засыпало снегом, и не совсем понятно, как подрядчики собираются его доделывать.

    К сожалению, крупные проекты часто реализовываются в Тольятти со скрипом. Взять хотя бы многоуровневую развязку на трассе М-5, строительство которой осложнило жизнь жителям Шлюзового и Федоровки. Или другой пример. Чтобы когда-нибудь получить сквер в честь 50-летия ВАЗа на улице Революционной, горожане должны несколько лет лицезреть в центре города строительный забор, за которым до недавнего времени возвышались большие кучи бетонного лома. Теперь вот бульвар Гая, начало реконструкции которого народ воспринял с большим энтузиазмом. Нельзя сказать, что бульвар находился в ужасном состоянии (есть в Автозаводском районе скверы и похуже), однако раз уж появилась возможность сделать «конфетку», которую не стыдно будет показать гостям города, то почему бы и нет?

    Несмотря на то, что одобрение среди горожан этот объект получил еще во время мартовского общественного голосования, совмещенного с президентскими выборами, к работам подрядчик приступил лишь в конце лета. С чем связана такая затяжка? Непосредственных исполнителей винить не стоит, поскольку аукцион состоялся лишь в конце июля, то есть спустя четыре месяца после принятия окончательного решения о реконструкции сквера. Если бы удалось сделать бумажную работу оперативнее, то могли сдать объект в октябре, однако получилось так, как получилось. В конце августа подрядчики зашевелились, нагнали технику, стали снимать уложенные более тридцати лет назад плиты, под которыми оказался песок…

    Как человек, проживающий в непосредственной близости от бульвара Гая, позволю себе поделиться впечатлениями. Сначала казалось, что где-то поблизости пляж. Плиты решили вскрыть сразу на всем протяжении бульвара, так что обойти (или перепрыгнуть) эту песочницу возможным не представлялось. Приходили домой и первым делом начинали трясти обувь, однако даже это не всегда помогало. А когда начались дожди, стало совсем тоскливо. К тому моменту дорожки уже частично заасфальтировали, однако те места, до которых руки не дошли, выглядели удручающе. Прохожие в прямом смысле слова месили грязь, разнося её по окрестным домам, детсадам и школам и теша себя мыслью, что нужно просто немного потерпеть, ведь совсем скоро мы получим сквер, аналогов которому в городе просто нет.

    Близился октябрь, но работы были далеки от завершения. Помню, даже спросил у Сергея Анташева на предмет того, нет ли отставания от графика, а он ответил, что, наоборот, идут с опережением. Оставалось лишь развести руками и месить грязь дальше.

    Позже демонтировали все фонари (во всяком случае, в южной части бульвара), и вечерами люди были вынуждены передвигаться едва ли не на ощупь. С каждым днем темнеть начинало всё раньше, и уже в шесть часов вечера одни пешеходы подсвечивали себе путь фонариками от мобильных телефонов, другие же предпочитали идти вдоль дороги, поскольку там есть хоть какой-то свет от фар проезжающих автомобилей.

    Признаюсь, что у нашей семьи есть личный повод покритиковать строителей. Пожилая матушка, пробираясь вместе с другими пешеходами через ничем не огороженную площадку, зацепилась за какую-то веревку или камень (уже сама не помнит) и сильно травмировалась. Говорит, что к ней сразу подбежали рабочие, помогли подняться и даже немного проводили до детского сада, куда она направлялась, чтобы забрать внука. К вечеру сильно разболелась нога, а позже выяснилось, что это трофическая язва – болезнь, протекающая долго и мучительно. Месяца полтора матушка уже лечится, покупает хлоргексидин, сок каланхоэ, делает себе перевязки, плохо спит ночами, однако строителей сквера не ругает. Мол, сама виновата, а не они, хотя могли бы, конечно, как в фильме «Джентльмены удачи», сказать: «Эй, гражданина! Ты туда не ходи. Ты сюда ходи…».

    На днях мы решили прогуляться по бульвару и посмотреть, как ведутся работы после того, как выпал снег. На часах было девять с хвостиком, однако на площадке никто не работал. Лишь двое каких-то мужиков тащили на гидравлической тележке, именуемой в народе роклой, какую-то небольшую бетонную конструкцию. Рабочие ли это или другие люди, которые стащили то, что плохо лежало, – неизвестно.

    Возле строительных вагончиков тоскливо стояли бульдозер и «КАМАЗ» с морозными узорами на лобовых стеклах. Чувствовалось, что этим утром их еще никто не прогревал. Рядом лежали упакованные остатки бордюрного камня, скамейки, новенькие урны, которые не успели установить.

    Виден кусок дороги, который не успели заасфальтировать, а находящуюся поблизости незаконченную спортплощадку вообще разглядеть невозможно – погребена под снегом… Освещение установить не успели, как и большинство МАФов (малых архитектурных форм), однако подрядчики – люди упорные и наверняка будут расчищать территорию лопатами, чтобы закончить к обозначенной в контракте дате – 21 декабря. И ведь наверняка успеют, правда, красотой сквера жители смогут насладиться лишь весной, когда он полностью оттает и появится травка.

    Мы созвонились с председателем ТОСа 12 квартала Марией и попросили её прокомментировать ситуацию.

    – Вопросы, конечно, есть, – сказала она. – Мы их действия корректируем. Акт вот недавно написали. Хотя сейчас вам наговорю, а потом на меня же все и посыплется. Администрация ведь не любит, когда её критикуют…

    Мы решили не ссорить Марию Васильевну с чиновниками, ведь наверняка кто-то из них негативно воспримет этот текст и даже скажет: «Ну что за люди? Им же лучше делаешь, а они, мало того, что не благодарят, так еще и недовольство проявляют». Конечно же, мы освещаем оборотную сторону благого дела не потому, что не хотим новый сквер, и не из-за желания немного побурчать. Просто хочется немного более цивильного подхода к процессу. Не могут ведь местные жители просто взять и исчезнуть на период строительства.

    Понятно, что в итоге рабочие все сделают как надо, и никто не вспомнит про песок, грязь и ненароком полученные травмы. И все-таки не дает покоя вопрос: а по-другому как-то можно? Люди, согласовывавшие срок окончания работ за десять дней до Нового года, знали, что у нас в это время обычно лежит снег? А если да, то на что надеялись? Можно, конечно, тешить себя иллюзиями на тему того, что зима будет поздней, однако нужно ведь руководствоваться очевидными фактами.

    P.S. На странице городской администрации в одной из соцсетей появилась информация о том, что Сергей Анташев побывал на бульваре Гая и дал поручение руководителю департамента городского хозяйства Вадиму Ерину тщательнее контролировать процесс, учитывая погодные условия. Отмечается, что основные работы завершены, остались мелкие недочеты, на которые глава города указал подрядчику. Не совсем стыкуется с впечатлениями корреспондента «Вольного города», хотя возможно, мы просто не заметили засыпанного снегом позитива.

    Илья Просекин, «Вольный город Тольятти»
    Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 48 (1227) 30.11.18
    Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

    ограждение на строительной площадке