Ветеран четырех войн

Годы, проведенные на полях сражений, сильно подкосили здоровье солдата.

70 лет минуло с тех пор, как героический советский народ одержал Победу над фашистской Германией, добил сильного и коварного врага в его же логове – Берлине. Эта Победа досталась высокой ценой: на полях сражений сложили головы миллионы солдат. Но память о них жива до сих пор.

Об одном из отважных бойцов – Степане Заводском, воевавшем на фронтах четырех войн, рассказал его внук Николай Беззубов.

– Родился мой дед в селе Пролейка почти 120 лет назад – в 1896 году. Учился в церковно-приходской мужской школе. Развалины церкви, где находилась эта школа, до сих пор сохранились в селе. Остались, правда, только стены: купол во время коллективизации снесли с помощью трактора, – делится родственник солдата. – По рассказам деда, священник при церкви организовал хор мальчиков. Он принимал участие в церковной службе, а в праздники для селян исполнял народные песни. Дед мой тоже пел в этом хоре. Впоследствии это ему пригодилось: в царской армии, куда его призвали, он был запевалой. В 1914 году, когда началась первая мировая война, ему исполнилось 18 лет. Кроме него, на фронт из этого села ушли еще трое: Степан Заводский, Семен Лысов и Фома Игрушкин. Они служили и воевали в Прибалтике. Там дед мой был ранен. Лечился в госпитале в Мелекессе. Оттуда снова ушел на фронт. А когда началась революция, вернулся домой. В село пришли белочехи, молодые парни призывного возраста ушли в лес, стали партизанить. После того, как чехов прогнали, он пошел служить в Красную Армию. Сначала был в Самаре, в губчека. Потом его направили на южный фронт, воевал с Красновым, Деникиным. Кончилась гражданская война, и дед опять вернулся в родную Пролейку.

В Великую Отечественную войну, как вспоминает внук, деда сразу на фронт не взяли – ему тогда было уже далеко за сорок. Но повоевать все же пришлось – на втором Украинском фронте. О его достойной службе свидетельствовало множество медалей, которые мы видели, когда были пацанами. К сожалению, все его награды бесследно исчезли.

– Когда Германия капитулировала, часть, в которой служил дед, находилась в Венгрии. Как он рассказывал, все радовались скорому возвращению домой. Но никто не знал, что для них военные действия еще не закончились. Поступила команда грузиться в эшелон. Куда и зачем – никто не говорил. Секретность! Тронулись в путь. Ехали в основном по ночам. Днем загоняли состав куда-нибудь в тупик. Уже позднее солдаты узнали, что их везут воевать с Японией. Неделю ехали, две. Наконец приехали в какой-то город. Выходят из вагонов, смотрят, народ какой-то мелкий. Женщины пугливые, боятся, ходят с трудом, потому что ступни у них были, как у младенцев. У местных жителей был такой обычай – девочкам бинтовали ступни, чтобы они не росли. Увидит такая женщина солдата, хочет убежать, сделает два-три шага и падает…

Внук бойца помолчал минутку, улыбнулся:

– Самая последняя медаль у него была такая блестящая. Я помню, в детстве цеплял ее на грудь и хвастался перед пацанами – вот какой у меня дедушка! Это была медаль «За победу над Японией». Дед за свою жизнь участвовал в четырех войнах, пропустил только финскую. Бабушка жаловалась: придет с войны худой, израненный, только-только откормлю его, как снова на войну надо идти… Домой дед окончательно вернулся только в 49 лет.

Николай Беззубов признался, что в детстве он с большим удовольствием слушал военные истории. Многие из них он запомнил на всю жизнь. Так, внук вспоминает рассказ любимого деда:

– На фронте многое зависит не только от воинского умения, но и сообразительности и просто везения. Недалеко от Киева меня подозвал капитан и сказал: «Видишь копну? Возьми бинокль, заберись на нее и осмотрись». В общем, отправил оценить ситуацию. Взобрался я на копну, осматриваюсь. Невдалеке заметил колонну немецких танков. И, видимо, танкист заметил стекло моего бинокля, блеснувшее на солнце. Выстрелил из пушки, копну мою подбросило в воздух. Свалился я с нее… живой и невредимый. Выстрел был сделан болванкой, а не осколочным снарядом. Видимо, это меня и спасло.

Другой случай… В Чехословакии заняли мы село. Я решил корректировать огонь батареи с колокольни. Забрались на нее вместе с телефонистом. Он координаты вниз передает. Дали залп по скоплению немецких танков. Один танк разворачивается, стреляет и попадает в купол. Дальше все решали секунды. Я оторвал телефон от кабеля и кубарем скатился вниз. Буквально вслед за этим второй снаряд угодил в окно, где мы только что находились.

Вспоминается еще страшный бой под Шауляем в Польше. В этом бою возле старой мельницы было убито много наших бойцов: они попались в немецкую ловушку. Особенно жаль молоденьких необстрелянных лейтенантов, которые погибли в первом же бою. Когда начался артобстрел, они, несмотря на крики бывалых солдат «ложись!», оставались стоять, очевидно, считая постыдным «кланяться врагу». Так и погибли. И лишь воинский опыт, выдержка да сам Господь Бог помогли мне остаться живым в этом страшном бою. Вообще, когда вспоминаю события тех дней, становится жутко: за время войны пришлось повидать столько смертей! Да и то сказать, где, как не в пехоте, было больше всего потерь, особенно во время наступления!

После войны, рассказывает Николай Беззубов, дед вернулся в Пролейку. Стал работать в колхозе, он тогда назывался «Комсомолец». Работал пожарником, был заведующим током в летнее время.

– Умер он в 1964 году в возрасте 68 лет. Ушел рано только потому, что десять лет его жизни были фронтовыми, они-то и подкосили здоровье. В последние годы он страдал от астмы. Дед рассказывал, как попала его часть в окружение и практически весь день они просидели в болоте, по горло в воде, пока к вечеру не пробились к своим. Там и простудил легкие.

Из шести его сыновей пятеро ушли на фронт, вернулись двое. На этом снимке три его дочери, – Николай Степанович показывает старую фотографию. – Старшая – моя мама. Средняя сестра – тетя Поля, чуть позже умерла. А младшая, ей на снимке два года. Она жива, ей 75 лет, живет в Красном Яре.

Степан Заводский
текст и фото: Виктор Еременко, газета “Самарские известия”

фото: из открытых источников