Весна и Рождение Венеры Сандро Боттичелли: В истории картин немало загадочного

    рождение венеры

    Судьба картины не была безоблачной. В ее истории немало загадочного.

    Сандро Боттичелли (1445 — 1510) — флорентийский художник эпохи Высокого Возрождения. «Поэт с кистью», «первый художник впечатления» — так стали называть его в позапрошлом веке, когда после трехсот лет забвения он, наконец-то, был оценен по достоинству и даже вошел в моду.

    Творчество Боттичелли покоряет плавностью линий и нежностью, а искусство — человечностью и одухотворенностью. Но еще больше завораживает невыразимо прекрасное и печальное женское лицо — лицо Симонетты Веспуччи на знаменитой картине художника «Весна». Взгляд и улыбку Симонетты мы знаем с детства. Отблеск «Весны» Боттичелли слышится в песнях Вертинского. Любимые героини Голсуорси смотрят «боттичеллевским взглядом»…

    …Удивительно, как история отбирает для жизни ушедшее. Пять веков отделяют от нас юную флорентийку, но они не кажутся бездной. Симонетта не совершила никаких героических деяний, ничего, о чем можно было бы рассказать. Она просто жила на нашей Земле…

    Давайте вместе с читателями библиотеки «Фолиант», активистами ее литературного клуба «Прикосновение» хотя бы заочно чуть ближе прикоснемся к его биографии. Чуть больше узнаем загадочную историю создания его легендарной картины «Весна».

    Итак…

    Счастливое спасение

    Судьба картины не была безоблачной. В ее истории немало загадочного. Долгое время считалось, что предназначалась она для загородной резиденции виллы Медичи в Кастелло, где ее видел Джоржо Вазари в 1551 году. Однако в 1975 году искусствоведы установили, что в XV веке «Весна» украшала флорентийское палаццо Медичи. Старший из братьев хотел видеть ее постоянно.

    В загородную резиденцию семьи эта картина вместе с другими бесценными произведениями искусства попала, скорее всего, после смерти Лоренцо Великолепного в 1492 году. Его наследники переживали трудные времена. Существовала опасность нападения на дворец и разграбления его сокровищ. Вскоре Медичи были изгнаны из Флоренции. В Кастелло «Весну» могли видеть немногие. О картине забыли.

    На протяжении нескольких веков о ней нет упоминаний. Только в середине XIX века она появилась как цветок из-под снега. Ее перевезли во Флоренцию и поместили в галерее Уффици.

    Просто чудом можно считать то, что этот шедевр уцелел в годы Второй мировой войны. Тогда вместе с другими шедеврами Уффици «Весну» спрятали в окрестностях Флоренции, в Кастелло Монте-гуфоне. Об этом рассказывает расспросивший очевидцев журналист Игорь Долгополов в своей книге «Мастера и шедевры»:

    «В конце ноября 1942 года, ночью, к замку Кастелло подъехало несколько машин…

    В тайниках замка спрятали 250 шедевров из галереи Уффици. Рафаэль, Перуджино, Джотто, Уччелло, Гирландайо. И под номером 8360 «Весна» Боттичелли».

    Три года садовник замка Гвидо Матти прятал бесценные сокровища. В конце войны гитлеровцы намеревались создать в замке артиллерийские батареи и наткнулись на… сокровища Уффици. Поскольку шла война, и вывезти их не было возможности, офицер принял решение — все сжечь. Но Гвидо Матги упал на землю. Он рыдал, умолял пощадить картины. И в результате спас их, хотя они и были увезены из замка.

    Уже после войны «Весна» вернулась во Флоренцию.

    «То, что обычно ищет биограф у художника — это трещины в маске, прорези в покрове. Биограф упорно считает, будто человек всегда ценнее, чем то искусство, которое он создает, даже самое величайшее, и справедливо это или нет, но он полагает, что раскрытие человека усиливает восприятие искусства», — так писал Фрэнсис Стигмюллер. То есть, для того, чтобы усилить восприятие искусства, нужно прикоснуться к биографии художника.

    Несравненная Симонетта — богиня любви

    Ей было пятнадцать, когда Марко Веспуччи, гражданин Флоренции, ввел ее женой в свой дом. Эту хрупкую блондинку он привез откуда-то с севера. Полное ее имя — Симона Каттанео, но в городе мужа она получила имя Симонетта.

    По обычаю, невеста, убранная в роскошный наряд, подъезжает на белом коне к дому своего нареченного и останавливается перед гирляндой живых цветов, преграждающей путь. Жених разрывает преграду и принимает невесту. Красивый обычай. Так, наверное, все и было. На роскошный свадебный пир созвали множество гостей, среди которых вполне мог быть и художник Сандро Боттичелли.

    Семья Веспуччи считалась в городе уважаемой и влиятельной. Отец Марко был нотариусом, а брат — Америго — прославился как знаменитый мореплаватель, чьим именем названа страна Америка. О самом же Марко не известно почти ничего. Зато юная супруга его быстро стала царицей всех праздников в городе, общепризнанной «богиней любви и весны». Венерой и Мадонной Флоренции.

    Мягкая, нежная красота Симонетты буквально завораживала. Ее тонкие руки, длинная шея, маленькая грудь были признаны во Флоренции эталоном. Ее рисовали часто, но портреты, как правило, не передавали всей чарующей прелести «флорентийской Венеры». Никому из живописцев не удавалось запечатлеть ее улыбку — чуть удивленную, грустную, полную нежности и печали.

    «Рисует из ряда вон хорошо»

    Соседом Веспуччи был кожевенник Мариано ди Ванни Филипепи. В 1445 году у него и его жены Смералъды родился ребенок, которого при крещении нарекли Алессандро. Как пишет его биограф Джоржо Вазари: «…отец старательно воспитал его и дал ему образование по всем предметам, какие в то время обычно преподавались юношам, прежде чем они встанут за прилавок».

    Однако сын не выражал желания продолжить отцовское дело и, хотя легко выучился всему, чему хотел, доставлял семье массу хлопот своим неуемным характером. Тогда отец, которому надоела «такая сумасбродная голова, с отчаяния посадил его за ювелирное дело вместе со своим кумом, по прозванию Боттичелло (бочонок), весьма опытным тогдашним мастером этого искусства».

    Прозвище учителя перешло ученику, которого стали называть Сандро Боттичелло. Но мальчик недолго обучался ювелирному мастерству. Поскольку «рисовал Сандро из ряда вон хорошо», он вскоре перешел в мастерскую к Филиппе Липпе, «превосходнейшему живописцу».

    К 1468 году — году свадьбы Симонетты — Боттичелли начинает работать самостоятельно. Запись в кадастре его отца: «Сандро ди Мариано, 24 года, художник и работает дома, когда хочет» — свидетельствует о самостоятельности и независимости молодого живописца.

    О молодости Боттичелли известно очень мало. Он был замкнутым и мечтательным юношей и почти все время проводил в мастерской у своего учителя, совершенствуя технику. Пока другие предавались земным радостям, юный художник писал Мадонн — похожих на творения дель Кармино, но куда более хрупких и печальных.

    Уже тогда отчетливо проявилась меланхоличность нрава будущего гения — Боттичелли никогда не изображал счастливые, улыбающиеся лица. Уделом его героинь была светлая, пленительная грусть, придающая им особое очарование.

    В своей книге Вазари подробно перечисляет работы Боттичелли. Многие из них сделаны по заказу семьи Веспуччи: «В Оньисанте он написал фреской на переборке у дверей, ведущих на хоры, изображение св. Августина; здесь он стремился превзойти всех, кто писал в это время…

    В доме Джованпи Веспуччи, на улице Серви, он написал на стенах одной из комнат много картин, заключенных в орнаменты орехового дерева в виде обрамлений и шпалер, с многочисленными фигурами, в высшей степени живыми и прекрасными».

    Для семейства Веспуччи Сандро работал охотно, они ведь были соседями. В их доме он мог видеть прекрасную Симонетту.

    Счастлив будь, кто счастья хочет!

    Семь или восемь лет прожила в доме своего супруга мадонна Симонетта. Флорентийки вели замкнутый образ жизни. Ежедневно — утренняя месса в церкви. У каждой семьи был свой, традиционно сложившийся приход, для Веспуччи это была церковь Оньисанте. В церковь женщина шла в сопровождении родственницы или слуги. Так же как и на рынок — закупить еду. Вот, собственно, и все выходы из дома. Жизнь проходила однообразно.

    Если бы не праздники! Симонетта знала власть своей красоты. У ее ног были оба Медичи — всемогущий Лоренцо и красавец Джулиано, ей посвящали стихи и поэмы и поклонялись почти как богине. Но она знала и то, что все это долго не продлится. Даже безупречная внешность выдавала в ней «цветок, который вот-вот сломают» — кожа была такой белой, что казалась прозрачной, а печаль в глазах все чаще сменялась приступами бурлящей, отчаянной веселости.

    В годы правления Лоренцо Медичи (Лоренцо Великолепного, как его называли) праздников было много. Человек высокой культуры, друг философов, художников, поэтов, Лоренцо и сам писал стихи. На улицах города их распевал стар и млад:

    О, как молодость прекрасна

    Но — мгновенна.

    Пой же, смейся!

    Счастлив будь, кто счастья хочет!

    И на завтра не надейся!

    Умный политик, удачливый банкир Лоренцо одной рукой твердо правил Флоренцией, а другой — щедро сыпал дукаты, устраивая для народа блестящие развлечения: шествия, приемы, турниры…

    Ежегодно после Рождества и Нового года наступало время карнавала. Это был чудесный праздник с парадами, состязаниями, пиршеством. Серые фасады зданий преображались. Их украшали красно-белыми знаменами, портьерами, отливающими золотом, красочными коврами, гирляндами бумажных цветов. На улицах танцевали мужчины и женщины в блестящих нарядах, в рисованных масках, украшенных золотом и бриллиантами.

    Стансы на джостру

    Карнавал обыкновенно включал в себя джостру. Это вид турнирного поединка, сшибка двух рыцарей. Оружие разное — от топоров и булав до кинжалов. Особым успехом пользовались поединки на копьях. Бой шел на очки, которые засчитывались арбитрами за сломанные копья, битые шлемы. Касание земли коленом или потеря оружия считались у всадников поражением.

    Джостра — яркое, волнующее действо. Для него требовались специальные костюмы и оружие. Художники расписывали знамена, на которых красовался герб рыцаря или какое-либо иное, угодное ему изображение.

    Для джостры 1475 года Сандро Боттичелли получил заказ на портрет Симонетты. Молодой Джулиано Медичи — младший и любимый брат Лоренцо — намеревался участвовать в турнире и на своем личном знамени хотел видеть Афину Палладу с лицом Симонетты Веспуччи.

    Даже искушенных флорентийцев поразил размах, с которым Лоренцо Великолепный организовал это действо. Правитель преследовал свою цель: покончить с республикой и укрепить власть Медичи. Ради этого в ход шли деньги, связи, интриги… И, разумеется, личное обаяние и популярность членов семейства.

    Сам Лоренцо не был красив и не мог похвастаться успехами на турнирах. Зато Джулиано обладал бездной обаяния. Флорентийцы любили этого жизнерадостного красавца и называли его «Принцем юности». Он был превосходным наездником и фехтовальщиком. Джулиано стал безусловным победителем и героем турнира. То, что он бился под знаменем, на котором сияла Симонетта, привлекло к нему сердца многих зрителей. Все свои победы он посвящал «Несравненной» — так стали ее называть.

    Рассказывают, что в Симонетгу была влюблена вся Флоренция, и что Джулиано был ее счастливым любовником. Вряд ли последнее справедливо. Замужняя женщина в ту эпоху не могла открыто стать любовницей другого мужчины. За это рубили голову. У многих еще была на памяти история юной герцогини Феррарской — Паризины. Супруг ее, герцог Николо, застал жену с Уго — своим сыном от другой женщины. На следующий день оба были обез-главлены. Им было по двадцать лет.

    Так что не мог Джулиано пользоваться милостями прекрасной Симонетты на виду у всего города. Скорее, он издали восхищался красавицей, был безнадежно влюблен в нее, а придворные поэты его брата сочиняли гимны «романтической любви Марса и Венеры». «Они будут всегда вместе, всегда рука об руку…» — пророчество оказалось недобрым. Джостра 1475 года вошла в анналы Флоренции. Наверное, было что-то необыкновенное в атмосфере тех дней, что-то пьянящее и неповторимое. То, что не удавалось забыть и хотелось удержать. Первым об этом попытался рассказать поэт Анджело Полициано, друг и секретарь Великолепного. Победы Джулиано и прелесть Симопетты он воспел в небольшой, но очень выразительной поэме «Стансы на джостру». К сожалению, нет ее полного перевода на русский язык. Только небольшой фрагмент:

    Она бела и в белое одета.

    Убор на ней цветами и травой

    Расписан, кудри золотого цвета

    Чело венчают робкую волной.

    Улыбка леса — добрая примета,

    Никто, ничто ей не грозит бедой.

    В ней кротость величавая царицы,

    Но гром затихнет, вскинь она ресницы….

    картина весна

    Убор на ней цветами и травой расписан…

    Боттичелли начал писать свою «Весну» почти буквально следуя за строкой Полициано: «Убор на ней цветами и травой расписан…». Вероятно, первоначально художник собирался передать радостное ощущение любви, пир жизни в саду вечной весны. Сюжет наверняка обсуждался в ближайшем окружении Великолепного, где Сандро был хорошо принят.

    За основу взяты «Фасты» Овидия — своеобразный поэтический календарь, описывающий римские праздники. На май приходится миф о богине цветов Флоре. Когда-то она была просто нимфой Хлорис, и к ней воспылал страстью Зефир — бог теплого западного ветра. Он настиг нимфу и насильно взял в жены. Чтобы загладить вину Зефир преобразил ее в богиню Флору и подарил прекрасный сад, в котором царит вечная весна.

    Боттичелли рисовал этот сад, нимфу, богинь и граций, придав каждой частицу очарования Симонетты. Художник писал медленно, работая темперой, выбрав для основы картины не холст, а дерево.

    И грянул гром, сбылось недоброе…

    Сама Симонетта никогда не увидела этой картины. Она умерла 26 апреля 1476 года, через год с небольшим после знаменитого турнира. Ей было не больше 23 лет. Причиной смерти принято считать туберкулез. Но некоторые источники говорят, что умерла Симонетта от неудачных родов, а другие упоминают яд. Похоронена она во Флоренции, в той самой домовой церкви семейства Веспуччи, которую расписал Боттичелли, в Оньисанте. Ровно через два года после ее смерти, день в день — 26 апреля 1478 года — погиб Джулиано Медичи. Со-временники увидели здесь руку судьбы. Их поразила безвременная кончина всеобщих любимцев, олицетворявших молодость, красоту, любовь… Тем более что Джулиано был убит с редкой даже для того времени жестокостью. В историю Флоренции эта кровавая драма вошла как «заговор Пацци».

    Люди из банкирского дома Пацци — давнишние конкуренты Медичи — решили избавиться от соперников вполне традиционно — ударами кинжала. Коварство заключалось в том, что убийство совершилось под сводами кафедрального собора Сэнта-Мария дель Фьере, во время торжественного богослужения. Убийцы подошли к братьям Медичи под видом друзей. Обнялись с ними, пытаясь нащупать, надета ли под туникой кольчуга. А затем один из злодеев несколько раз вонзил в безоружного Джулиано кинжал, и тот умер на месте. Лоренцо был ранен, и ему удалось бежать. В тот же день он начал расправу с заговорщиками, превзойдя их в жестокости. Восемьдесят человек были казнены за пять дней!

    Обе эти трагедии, как громом, поразили Флоренцию, и Симонетта с Джулиано стали героями легенды. Но больше других был потрясен Боттичелли. Симонетта, даже не замечавшая скромного художника, была для него идеалом красоты, а ее смерть только добавила недостающие штрихи к образу, уже давно сложившемуся в голове мастера.

    После случившегося Боттичелли оставил работу над «Весной» и вскоре, по приглашению папы Сикста IV уехал в Рим, чтобы вместе с другими знаменитыми художниками расписать фресками Сикстинскую капеллу.

    Аллегории «Весны»

    Вновь за картину мастер взялся только в 1482 году, когда вернулся из Рима. За это время многое изменилось. Ушло радостное и беззаботное ощущение жизни. Теперь в творчестве художника появились трагические ассоциации, связанные с кратковременностью жизни и мимолетностью человеческого счастья. «Весна» приобрела смысл аллегорический.

    Вообще, это произведение — самое загадочное у Боттичелли. В основе картины сложная аллегория, основанная на стихах Овидия и Полициано. И на том радостном и одновременно трагическом чувстве, которое сумела внушить художнику юная женщина с мечтательным взглядом широко расставленных глаз.

    На картине Боттичелли под видом богинь и граций изображены прекрасные женщины. В их лицах просматривается портретное сходство со знатными итальянками — современницами художника. И все же… за каждым женским обликом чувствуется единственный — облик Симонетты, в которую он был безнадежно и безответно влюблен.

    В центре картины — Венера и Амур, символизирующие разные стороны любви. Справа — фигура Меркурия, хранителя мудрости. Многие видят в нем портретное сходство с Джулиано. Красота, Чистота и Блаженство в образе трех граций ведут свой хоровод. Справа изображено превращение Хлорис во Флору. В боге ветра — Зефире, под дыханием которого происходит эта метаморфоза, узнаются черты Анджело Полициано — первым воспевшего «Несравненную».

    Символика картины столь насыщена и многозначна, что ученые и искусствоведы до сих пор не исчерпали ее. Однозначной трактовки нет. Для обычного зрителя это не так уж и важно. Главное, что удалось запечатлеть художнику, — образ Симонетты. Не физическое сходство, а нечто большее — атмосферу, которую она, вероятно, умела создать, дыхание весны…

    Потом Боттичелли рисовал ее много раз. Сохранилось четыре ее посмертных портрета. В «Рождении Венеры» — парной картине к «Весне» тоже живет ее образ. Во всем, что создал потом художник, будь то портреты, мифологические аллегории или образы задумчивых мадонн, осталось поэтически тонкое, обостренное чувство красоты мира и женщины, трагическая нота от союза любви и смерти…

     

    Переоценка ценностей

    Когда умер Лоренцо Великолепный, для Боттичелли наступил новый период жизни. Во Флоренции зазвучали пламенные речи проповедника Савонаролы, и в сознании художника, как, впрочем, и многих людей, его окружавших, произошла переоценка ценностей.

    Мастер испытал большое влияние Савонаролы, что резко изменило сам дух его творчества — от многих его картин повеяло тоской и печалью. Даже после того, как проповедник был обвинен Папой Римским в ереси и казнен, Боттичелли остался приверженцем его учения. Искусству мастера это на пользу не пошло. Как утверждает Джоржо Вазари, живописца мучили в конце жизни болезнь и немощь. Он стал «так сутул, что был должен идти при помощи двух палок».

    Боттичелли не был женат, детей у него не было. Умер великий художник в 65 лет, одиноким. И был похоронен недалеко от монастыря Санта-Марии Новеллы.

    Подготовила Россинская Светлана Владимировна, гл. библиотекарь библиотеки «Фолиант» МБУК «Библиотеки Тольятти»; e-mail: rossinskiye@gmail.com

    Литература:

    1. Боттичелли. — М.: «Международная корпорация УЛИСС», 1993.

    2. Васильева Н. Художник и его весна/ Наталья Васильева// Крестьянка.- 2009.- №5.- Стр. 56- 60.

    3. Долгополов И. Рассказы о художниках. Том 1.- М.: «Изобразительное искусство», 1983.

    4. Карпетти Э. Боттичелли. — М.: «Белый город», 1998.

    5. Кустодиева Т.К. Сандро Боттичелли. — Л: «Аврора», 1971.

    6. Санти Б. Боттичелли. — М.: «Слово», 1996.