Василий Тропинин: за все в жизни надо платить

    мальчик с топориком

    Дурная примета

    Ленивка издавна считалась дворянской улицей, купцы начали ее обживать лишь после пожара 1812 года. Флигель, в котором снимал квартиру Василий Тропинин, раньше был частью усадьбы Алексея Федоровича Грибоедова, дяди драматурга и прототипа Фамусова.

    В руки купца Зимулина она перешла много позже. Тропинин поселился здесь в 1825 году: сперва во флигеле на Волхонке, потом перебрался на тихую Ленивку — в квартиру на третьем этаже с видом на Кремль, на двери которой оставляли автографы гости, не застававшие его дома. На ней расписались и Брюллов, и Кипренский. К нынешнему, 1855 году эта дверь стала московской достопримечательностью.

    Здесь, на Ленивке, он дорабатывал портреты, усадив манекен в кресло и натянув камзолы и платья клиентов на деревянного «болвана». Жизнь текла устроенно и спокойно, но потом обстоятельства обернулись так, что с Ленивкой пришлось проститься. Сначала заболела жена Анна Ивановна, с которой он прожил сорок восемь лет. Ее донимал сухой, раздирающий грудь, чахоточный кашель, и доктора старались не смотреть ему в глаза.

    Затем госпожа Писарева, купившая усадьбу Зимулина, переделала первый этаж дома на Ленивке под лавку — рабочие пробили вход на улицу, и помещение немедленно арендовал гробовщик.

    В витринах красовались обитые бархатом и атласом дубовые домовины, внизу все время гремел молоток, облаченные в траур заказчики то и дело ошибались дверью и стучались в украшенную росписями знаменитостей дверь художника.

    Жена не жаловалась, но он видел, что ее съедает тревога, — примета и в самом деле дурная. Делать нечего, он решился купить собственный небольшой дом, красивый и уютный. Ему платили и по четыреста, и по тысяче рублей за портрет, а жил Тропинин скромно, без прислуги, поэтому деньги на покупку имелись.

    Бывают же чудеса — вдруг в Замоскворечье на покое и свежем воздухе Анне Ивановне станет лучше… Надо лишь подыскать хороший дом, где ей было бы покойно…

    портрет константина равича

    Портрет Константина Георгиевича Равича. Художник Василий Андреевич Тропинин, 1823 год.

    Поиски дома для Аннушки

    И вот рано утром Василий Андреевич велел сорокавосьмилетнему сыну Арсению одеться потеплее и отправил его за извозчиком, наказав торговаться, как следует.

    «Ваньку» надо брать на весь день, но не более, чем за рубль серебром. В кармане его коричневого сюртука, сшитого из самой лучшей английской материи, лежала бумажка с выписанными из газетных объявлений адресами: в Замоскворечье продавалось несколько домов, и он собирался их все объехать.

    Надо с кем-нибудь сговориться, дать задаток и завтра же начать паковать вещи: прощай, Ленивка, выставленные в окнах первого этажа гробы, да и вся прежняя жизнь — и плохая, и хорошая!

    Василий Андреевич Тропинин ехал покупать первое в своей жизни собственное жилье. Надо было объехать четыре адреса, выбрать один — и при этом не прогадать. На примете у него были дом Фролова, дом разорившегося купца второй гильдии Миронова и еще два дома.

    Тропинин хорошо понимал архитектурное дело и сразу заметил, что в большом, покойном, крепком с виду доме Фролова скрипят полы, а по углам лежит древесная пыль. Это означало, что ослабли и подгнили не просмоленные ленивыми плотниками лаги, а в бревнах завелся древоточец.

    Василий Андреевич совсем было приуныл, но вот извозчик наконец свернул к дому Миронова, им отворили ворота, и художник подивился — ну и хоромы! Портик с колоннами, большие венецианские окна, флагшток над куполообразной кровлей. Маленький, заваленный разным сором участок, заросшие лебедой клумбы. С колонн уже облезла штукатурка, некоторые окна забиты досками, а крыша наверняка течет…

    Тропинин определил это с первого взгляда, заметив потеки ржавчины на кровельном железе, и решительно повернулся к выходу. Дом хорош и недорог, но в него надо вложить еще столько же денег. Да и зачем им троим такие хоромы?

    Отец и сын уже собирались покинуть двор, но тут на лестнице появился растрепанный и нетрезвый купец Миронов. Он кубарем скатился вниз, подлетел к Тропинину и, цепко ухватив его за рукав, задышал в щеку перегаром:

    — Ваше высокородие, почтеннейший Василий Андреевич! Неужто вы меня не упомните? В 1824 году осчастливили наше семейство портретом незабвенной супруги…

    Тропинин обернулся, всмотрелся в красную, опухшую, бородатую рожу и, к своему немалому удивлению, действительно, все вспомнил. Тридцать с лишним лет назад купец Миронов был подтянут, темноволос, а его молодая жена оказалась настоящей красавицей.

    Разбогатев на военных подрядах, саратовский мануфактурщик перебрался в Первопрестольную, построился, обжился и решил заказать портрет любимой жены самому модному московскому живописцу. Тропинину он не понравился: слишком много спеси, да и жаден Миронов был не в меру. Но выбирать заказчиков ему тогда не приходилось — он в ту пору еще был крепостным и считал каждую копейку, рассчитывая получить вольную.

    Тропинин чуть отодвинулся от тяжко сопящего купца и ответил:

    — Ну как же, как же. Помню… А что ваша супруга?..

    — Скончалась она, благодетель, второй год как померла от чахотки! Только портрет, что вы с нее написали, и остался.

    С тех пор все прахом и пошло. Думаю о ней и пью, не просыхая…

    Отец и сын выскочили из ворот, не оборачиваясь: дом, где умерла женщина, болевшая той же хворью, что и его жена, он не купил бы ни за что на свете, пусть в нем даже будут золотые полы.

    Через несколько минут извозчик подвез их к третьему дому — его Тропинин тоже забраковал. Зато четвертый оказался хорошим, уютным, расположенным на тихой улице.

    Они быстро сошлись в цене с хозяином, договорились, что им останется обстановка -тот купил ее по случаю, после московского пожара. Продавец и покупатель ударили по рукам и выпили по рюмочке в честь сделки. Когда выехали с улицы, отец положил Арсению руку на плечо и сказал:
    — Думаю, здесь мы будем счастливы.

    Арсений не привык к тому, чтобы отец открыто проявлял свои чувства. Он ничего не сказал, лишь молча кивнул головой.

    Василий Андреевич на славу отделал свой новый дом, уставил комнаты цветами и клетками с певчими птицами. До старости писал картины: в конце жизни он уловил основные тенденции середины XIX века — верность натуре, аналитический взгляд на мир.

    Но его жена прожила в новом доме недолго — вскоре после переезда Анны Ивановны не стало. А через год, 3 мая 1857 года, на 82-м году жизни, скончался и он сам. …У ворот маленького домика за Москвой-рекой собралась целая толпа. Шел дождь, но люди не расходились: москвичи хотели проводить в последний путь любимого художника. До Ваганьковского кладбища.

    …За сына Василий Андреевич волновался зря. Арсений Тропинин прожил в этом доме почти тридцать лет. Он был доброжелателен и щедр, никому не делал зла, семьей так и не обзавелся, но скоротал свой век безбедно и почти счастливо.

    В комнатах все так же висели клетки с певчими птицами, на креслах и диванах лежали беспородные собачки. Но украшавшие стены отцовские работы постепенно уменьшались в числе — хозяин не знал цены вещам и раздаривал картины направо и налево…

    василий андреевич тропинин

    Художник Василий Андреевич Тропинин

    Подготовила Россинская Светлана Владимировна, гл. библиотекарь библиотеки «Фолиант» МБУК «Тольяттинская библиотечная корпорация» e-mail: rossinskiye@gmail.com

    Литература:
    1. Александров А. Счастливый дом для Аннушки/Алексей Александров// Караван историй. -2011.- №2.
    2. Амшинская А. М. В. А. Тропинин.- М., 1976.
    3. В. А. Тропинин. Исследования, материалы.- М., 1982.
    4. Волгина Ю.И. Василий Тропинин. — М.: АРТ-родник, 2000.
    5. Ионина Н.А. Сто великих картин. — М.: Вече, 2000.
    6. Красногорская И. Девушка с горшком роз // Коллекционеры из рязанских усадеб. — Рязань: «Издатель Ситников», 2008. — 408 с. — Тираж: 1000 экз.
    7. Музей В. А. Тропинина и московских художников его времени: Каталог.- М., 1975.
    8. Петинова Е.Ф. Василий Андреевич Тропинин. Л.: Художник РСФСР, 1990. (об этюде «Голова девочки» к портрету Ершовой с дочерью)
    9. Популярная история русской живописи.- М.: Вече, 2002.
    10. Русские художники. — СПб.: Азбука, 1998. (о картине «Гитарист»)
    11. Чижова И.Б., Фомин А. А. Русские красавицы в живописи и фотографии. — М.: Искусство, 1996. (о картине Тропинина «Кружевница»)
    12. Шедевры русской живописи. — М.: Белый город, 2000. (о картине «Портрет Арсения Васильевича Тропинина, сына художника»)