«В Тольятти живет один нехороший человек, его надо наказать»

    подожгли автомобиль

    В три часа ночи на улице Коммунистической возле здания суда Комсомольского района остановилось такси.

    Из него вышли три пассажира и, дождавшись, когда машина уедет, направились к стоявшей иномарке, чем-то ее облили и подожгли. После чего бросились бежать, искренне убежденные, что их никто не догонит и никогда не найдет.

    Гибель полковника

    20 января 2016 года погиб начальник отдела надзорной деятельности МЧС по Тольятти, Жигулевску и Ставропольскому району Андрей Сивань.

    Это случилось вечером под Самарой, на Волжском шоссе. Как сообщили сотрудники ГАИ, водитель «Фольксвагена» неожиданно выехал на полосу встречного движения, где столкнулся с «Приорой» и задел «Рено». Служебная «Приора», именно там находился в качестве пассажира Сивань, отлетела на другую сторону дороги, а уже в нее врезалась грузовая «Газель».

    Из всех участников этого крупного ДТП пострадали четыре человека: полковник погиб, а три пассажира «Газели» получили травмы. Как подчеркнули гаишники, водители всех четырех автомобилей были трезвыми.

    В центр коррупционного скандала Андрей Сивань попал в декабре 2015 года. Операцию по его задержанию проводили сотрудники ФСБ, после обысков служебного кабинета, квартиры и офисов трех подконтрольных полковнику фирм: «Пожзащита», «Скорпион» и «Феникс». Потом было возбуждено уголовное дело по статье 289 – незаконное участие в предпринимательской деятельности.

    Пережив первый шок, Сивань отверг предложение заключить доследственное соглашение, а когда оказался на свободе, дав подписку о невыезде, летал даже в Москву. Вернувшись из столицы, он сказал, что будет бороться с помощью опытных адвокатов, хотя в перспективе его ждали отстранение от должности, суд, наказание и увольнение со службы. У следствия, кстати, было много вопросов по его контактам с областным руководством.

    По злой иронии судьбы, человек, любивший роскошные иномарки, погиб в отечественной «Приоре». Его внезапная смерть породила волну обсуждений и подозрений. Но потом разговоры стихли, уголовное дело закрыли и назначили новых руководителей. А через два года сотрудники ФСБ задержали очередного начальника отдела надзорной деятельности и двух его заместителей. За что? За получение взятки.

    Теперь резонный вопрос: какое отношение имеет все это к поджогу иномарки возле суда? Никакого, но потерпевший – родственник погибшего полковника, а плохие отношения у него сложились именно с вдовой Андрея Ивановича. Цена вопроса – 14 миллионов рублей.

    Задержание ульяновцев

    Почему ставят на ночь машины возле «присутственных» зданий? Потому что там есть видеокамеры, которые всегда работают.

    Оперативники, раскрывая это преступление, первым делом посмотрели записи видеокамер. На них видно, как подъехало белое такси, как вышли пассажиры, как они подожгли «БМВ Х5». Найти таксиста не составило большого труда. Водитель рассказал, что ночной вызов был от дома 8а по улице Фрунзе. Поскольку этот дом оснащен системой видеонаблюдения, то в распоряжение сотрудников полиции попали кадры, как три парня уезжают на одном такси и через час возвращаются на другом.

    Есть такой простой, но достаточно эффективный метод – поквартирный обход. Именно он помог оперативникам установить хозяина жилья, сдающего квартиру внаем. Мужчина пояснил, что к нему обратился неизвестный парень, желавший снять за 1500 рублей квартиру на сутки. При этом незнакомец оставил копию своего паспорта. Документ был выдан жителю Ульяновска Александру К.

    Сотрудники уголовного розыска выехали в соседнюю область, где задержали Александра и двух его приятелей, тоже ульяновцев, которые не стали отпираться. Они очень молоды, ранее не судимы. Александр занимается техническим монтажом в гостиничном комплексе, Илья М. – помощник механика на СТО, а уроженец Луганской области Вадим Д. – формовщик завода точного литья. Словом, обычные парни из рабочей среды, не обремененные совестью и образованием.

    Со второй попытки

    Александр до задержания два месяца не жил в родительской квартире, снимая в том же Ульяновске однушку. Решил, что он уже взрослый, пора заводить свою семью. У его девушки отец отбывает наказание в исправительной колонии № 9.

    – В полдень 22 декабря мне на сотовый позвонил неизвестный мужчина. Сказал, что находится в девятой колонии и знает меня через общих знакомых. Еще спросил, как ко мне обращаться. Я назвался Саней Разгуляем.

    Он сказал, что для меня есть непыльная работа. Дескать, в Тольятти живет один нехороший человек, его надо наказать – сжечь дорогую машину. За это получу 30 тысяч рублей. Я согласился, потому что мужчина долго рассказывал плохое про тольяттинца. Через несколько часов к моему дому подъехал курьер средних лет и молча передал деньги. Я поднялся к себе и быстро пересчитал – было 30 купюр. Потом перезвонили из зоны и продиктовали данные иномарки: цвет, госномер.

    Вскоре я рассказал друзьям, Илье и Вадиму, про звонки и курьера, предложив вместе поехать в Тольятти. Расклад был такой: из полученных денег тратим на съем жилья, транспортные расходы, а остальное пропиваем. Они согласились.

    Я посмотрел, когда ближайший автобус отправляется в нужном направлении, купил три билета. В Тольятти прибыли вечером, договорились насчет квартиры, затарились спиртным. В полночь, это уже было 23 декабря, вызвали такси, заехав по пути в какой-то магазин за растворителем. Я взял две бутылки, чтобы сжечь машину наверняка.

    Приехали на место, отпустили такси, нашли черную «бэху», но на ней был другой номер. Что делать? Выпили привезенную с собой бутылку шампанского и вернулись обратно. Из квартиры я позвонил заказчику (или кто он там), объяснил ситуацию. Тот сказал, что сам ошибся с номером, мол, именно черную «бэху», что стоит во дворе, и нужно сжечь.

    Мы опять вызвали такси и снова поехали на улицу Коммунистическую. Возле какого-то административного здания я вылил на землю немного растворителя и поджег, чтобы посмотреть, как будет гореть. Потом вместе с Ильей взяли по бутылке этого растворителя, облили иномарку, и я с помощью зажигалки поджег. Где был в это время Вадим? Рядом, но получается, он ничего не делал.

    Бежали мы метров пятьсот. Потом выбросили пустые бутылки, вызвали такси и, вернувшись в Автозаводский район, легли спать. В полдень, как и договаривались с хозяином жилья, закрыли квартиру, положили ключ под коврик и пешком пошли на автовокзал. Решили прогуляться, а заодно посмотреть город, когда мы еще в Тольятти будем…

    Молодые поджигатели наивно полагали, что живущих в другой области невозможно вычислить. Но уже 15 января их привезли в Тольятти, только на сей раз для следственных действий. Время до суда, а это больше четырех месяцев, они провели в камерах СИЗО. Если бы не пандемия коронавируса, возможно, ульяновцы за решеткой находились бы чуть меньше – их из-за карантина не этапировали в помещение суда.

    И еще – не стоит воспринимать слова обвиняемого один в один. Тот же Вадим Д., якобы стоявший в стороне, на самом деле снимал на телефон происходящее, а вот отправил ли Александр видео на зону в качестве подтверждения выполненного заказа, он не знает.

    Два крупных конфликта

    Родственник Андрея Сиваня в ходе расследования уголовного дела признан свидетелем, а его гражданская жена – потерпевшей. Почему так? Потому что иномарка оформлена на нее, но фактически машиной пользовался свидетель. «БМВ Х5» была не новой, выпущена в 2011-м, а в семью попала спустя четыре года.

    Стоимость сгоревшего автомобиля они оценили в полтора миллиона рублей. Мало того, он находился в залоге у одного из банков.

    – Из залогового миллиона мы на руки получили 824 тысячи, из которых на момент происшествия выплатили чуть больше половины, – пояснил свидетель.

    – Были ли у вас с кем-то крупные конфликты? – спросили его.

    – Да. Бывшая сожительница погибшего в ДТП Андрея Ивановича сейчас проживает в Абхазии, где за 14 миллионов рублей переоборудовала жилой дом в гостиницу. Мы считаем эти деньги нашими, идут судебные разбирательства. С той стороны не раз звучали угрозы и требования, чтобы мы отстали от этой гостиницы. Я разговаривал с бывшим бизнес-партнером «вдовы», он имел неосторожность вложить свои средства в строительство гостиниц в Абхазии, а теперь не знает, как их вернуть.

    Второй крупный конфликт у меня возник с фирмой, имеющей фитнес-центр. Я владею в этой фирме долей, составляющей 50 процентов, на закупку оборудования для спортзала выделил два миллиона рублей. С учетом такого весомого вклада надеялся на выплату дивидендов, но ничего так и не получил. Якобы фитнес-центр не приносит прибыли. Тогда решил проверить финансово-хозяйственную деятельность фирмы, уполномочив доверенного человека изучить все документы и провести проверку. В ответ получил от соучредителей категорический отказ.

    Больше каких-либо конфликтных ситуаций у меня не было, в Ульяновске и области я бизнесом никогда не занимался, никого не знаю из тех, кто отбывает наказание в девятой колонии…

    Следователь допросил всех свидетелей, кроме отельерши из Абхазии, но не смог ответить на главный вопрос: кто заказчик поджога? Кстати, вместе с иномаркой горела стоявшая рядом «Калина». Ее владелец на ремонт потом потратил 50 тысяч рублей, которые никто не спешил ему возвращать.

    Теперь о наказании поджигателей. Государственный обвинитель из прокуратуры Комсомольского района с учетом раскаяния подсудимых предложил назначить им по два года колонии-поселения. Суд решил несколько иначе: по три года условно каждому и взыскание в солидарном порядке (поровну) 1 327 750 рублей в пользу владельца сгоревшей иномарки.

    Сергей Русов, «Вольный город Тольятти»
    Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 27 (1307) 10.07.2020