В театре «Дилижанс» состоялась премьера спектакля «Пикник на обочине»

сцена из спектакля пикник на обочине
фото: театр "Дилижанс"

В театре «Дилижанс» состоялась уже третья премьера с начала сезона. Художественный руководитель ТЮЗа Виктор Мартынов сделал инсценировку и поставил «Пикник на обочине» по одноименной повести Аркадия и Бориса Стругацких.

И опять, как было с «Кысью», на небольшой сцене удалось воссоздать целый фантасмагорический мир. Смелость, с которой театр берется за такие задачи, впечатляет и, как мне кажется, дает некий карт-бланш от зрителей. Некоторые моменты в постановке не удается расшифровать до конца. Но тут – книга в помощь.

Впрочем, уж эту повесть читали, наверное, все. Авторы – самые известные отечественные фантасты, «Пикник» же признан вершиной их творчества. Вообще-то совершенно не обязательно соглашаться с мнением большинства. Лично мне намного сильнее кажутся другие вещи: «Град обреченный» и «Обитаемый остров».

Но речь не о книге, спектакль – совершенно особое произведение. И не нужно упоминать фильм «Сталкер». По заказу Тарковского братьями было написано семь сценариев, в последнем они, видимо, от отчаяния, создали совершенно другого главного героя, характеризуемого обычно словом «юродивый».

А в спектакле Петр Зубарев играет именно такого Рэдрика, каким, я думаю, он должен быть. Даже не таким, как его описывает автор постановки в аннотации:

– Рэдрик Шухарт – яркая, сильная, незаурядная личность. Почти всю сознательную жизнь он прожил рядом с Зоной. И он – сталкер. Один из тех смельчаков, кто проникает в запретную территорию за разными необычными вещицами – «хабаром», которые потом продает и тем самым зарабатывает себе на жизнь…

Может быть, личность яркая и незаурядная. Но уж никак не положительная и сочувствия не вызывающая. Ну, или да, в том смысле, в каком сочувствуют наркоману. Вся его цель – нажива и только нажива.

Это не Кирилл, погибающий в самом начале, у того интерес к Зоне познавательный, а у Рэдрика – исключительно шкурный. Нет, всё понимаем, работы нет, семью кормить надо. Но в чьи руки попадает потом «ведьмин студень», «газированная глина» и «черные брызги», как они будут использованы сомнительными персонажами – перекупщиками?

Ну, и финальную характеристику сам себе дает персонаж Зубарева, когда оказывается у того самого Золотого шара, что исполняет заветные желания:

– Думать надо… Да, непривычное занятие…

Замечательно!

– «Пикник на обочине» не о пришельцах и их забытых игрушках. Это спектакль о смысле и ценностях человеческой жизни.

Эта фраза режиссера вообще-то мало что поясняет, так можно сказать о почти каждом произведении сколько-нибудь стоящего автора. Нам, зрителям и читателям, постоянно напоминают об этих смыслах и ценностях, но четкого ответа, в чем же они, так никто и не дал. Думать надо, хоть и непривычное для многих это занятие…

Если Рэдрик, допустим, положительный герой, почему он осознанно и хладнокровно отдает в жертву шару ни в чем не повинного, чистого юношу Артура (Дмитрий Демин)? Не потому же, что отец того – Барбридж по прозвищу Стервятник, повинный не в одной смерти соратников-сталкеров…

Финал в спектакле, на мой взгляд, удался. Потому что он – открытый, как и у Стругацких в их произведениях. Собственно, своим прочтением режиссер нигде не противоречит замыслу литературного произведения. Такой рисковый, харизматичный, но все-таки преступник, главный герой не находит главных слов и лишь повторяет последнее восклицание Артура:

– Счастья всем, даром, и пусть никто не уйдет обиженным!

Фраза вообще странно построена, не находите? Но Стругацкие, создавая в своих произведениях очередной мир, создают для него и особую лексику. Герои «Пикника» проживают в какой-то выдуманной стране, они грубые, как и их язык. Сказать что-то более литературное не могут. Даже понимая, что шару надо максимально точно трактовать желания.

Так что я, наверное, правильно понимаю замысел авторов: счастья не будет. Может, всем не хватит. Может, не бывает его даром, то есть на халяву. А может, у нас у всех такие же зыбкие представления о счастье, как о смысле и ценности человеческой жизни.

Ну, а что вы хотели? Стругацкие никогда не писали сказочки со счастливым концом. Существует то ли легенда, то ли действительная предыстория написания повести «Пикник на обочине». Однажды братья увидели у проселочной дороги муравейник, а рядом с ним – бутылки и мусор, оставленные побывавшими здесь туристами. И они задумались о том, как воспринимают совершенно не свойственные лесной среде, чужеродные предметы местные обитатели. Считается вроде, что муравьи разумны?

Вот на этом и закручивается сюжет, вникнуть в который помогает в спектакле довольно популярный сейчас прием включения видеоряда. Периодически загорается экран, в студии ведут беседу телеведущий (Антон Шибанов) и ученый Пильман (Константин Федосеев). И они рассуждают о загадках Зоны, о возможных причинах ее появления и таких философских понятиях, как универсальность разумности.

Мы не муравьи, но постичь назначение космического мусора, оставшегося после посещения, не можем. При этом, как видим, слишком много желающих даже из непонятного, загадочного и опасного извлечь «хабар». Это, кстати, древнее многозначное слово, смысл которого, тем не менее, ясен даже на подсознании.

По сюжету мы отслеживаем путь главного героя более чем за десятилетие. И видим лишь, как меняется его окружение. Как жена Гута (Ирина Храмкова) из романтичной девушки с локонами и оборками превращается в замотанную жизнью женщину в строгом платье и с гулькой на голове. Как приобретает нечеловеческий облик его дочь-мутант (Татьяна Сундукова). Но герой, видимо, любит ее и такой, если не догадывается попросить у шара для Мартышки исцеления.

Из ярких ролей второстепенных персонажей в исполнении Олега Андюшкина, Макса Никлуса, Александра Кудрявкина, Рустама Фазулова я бы выделила Павла Зотова. В последнее время этот актер всё более обращает на себя внимание. Здесь он играет не только Кирилла, увлеченного и бескорыстного, но погибающего в начале постановки. Позже он появляется в образе трупа.

Ну да, по сюжету на старом кладбище, оказавшемся в Зоне, покойники не то чтобы воскресают, но реконструируются. И этот замечательный персонаж, конечно, за счет пластики и грима, добавляет постановке юмора и веселья. Да, честно говоря, мне всегда нравились фильмы ужасов с зомби и восставшими мертвецами, они действуют как-то умиротворяюще на фоне действительности.

Я, правда, заметила, не все зрители поняли, что это за персонаж. Не читали, значит, есть и такие. И не раскрыта тема керамического контейнера, за который Рэдрик, уходя очередной раз в тюрьму, выторговывает у перекупщика (Илья Домбровский) благосостояние своей семье.

Но, когда ставится такое большое, глубокое произведение, невозможно ни в пространственных, ни во временных рамках уместить всё. Так что опять будем читать, открывать новые смыслы и думать о возможности счастья для всех.

Надежда Бикулова, газета «Вольный город Тольятти»