В этом возрасте уже надо уметь управлять своими эмоциями

    посетители пивнушки

    В последнее время заметно больше стало происшествий возле пивных магазинов, гордо именующих себя барами. Обилие алкоголя, пьяные амбиции, деньги, небрежно положенные в карман, – всё это может быстро «сдетонировать», поскольку публика там крутится разная. Цена преступления тоже разная: и кошелька можно лишиться, и жизни.

    С чего все началось? Была суббота. Водитель служебного автобуса тольяттинской академии управления Юрий Ц. вечером погостил у друга, а потом вместе с ним отправился в магазин разливного пива на улице Ворошилова. Там, заняв столик, они пили и весело играли в нарды. Сколько выпили? На этот вполне резонный вопрос вузовский шофер ответил так:

    – Сколько именно, сказать не могу, но свое состояние на тот момент оцениваю как алкогольное опьянение легкой степени.

    Через какое-то время друг ушел домой, а Юрий остался. Ему бы тоже уйти, тем более время – за полночь, но…

    – Я заметил мужчину в красной куртке, который вел себя не лучшим образом: материл работницу бара, хватал ее за руки и даже пинал в живот. Я решил заступиться за женщину и, сделав ему замечание, помог продавщице вытолкать буяна из помещения. Тогда он стал материться в мой адрес. Я пошел в бар, он – с гадостными словами за мной. Я развернулся и начал его отталкивать. Таким образом мы отошли от бара на метров десять.

    Что было потом, мы можем судить только по показаниям водителя и случайных прохожих. Юрий рассказал, что буян его сильно ударил в грудь. Он упал, а когда встал, то достал из кобуры травмат и крикнул:

    – Стой! Куда бежишь? У меня пистолет.

    И дважды выстрелил. Куда? Юрий сказал, что стрелял в землю перед ногами наступавшего на него противника.

    – Я тебя убью! – с этими словами буян схватил водителя за грудки.

    Тот ударил его рукояткой пистолета, а в ходе завязавшейся борьбы якобы случайно выстрелил. Мужчина опустил руки и упал на землю.

    – Я уже хотел уходить, но обратил внимание, что мужчина не встает. Подошел к нему, наклонился и увидел на лице кровь. Попытался привести в чувство, только он совсем не реагировал. Тут появились два незнакомых парня, один из них пытался прощупать у лежавшего пульс, потом сказал, что мужчина мертвый.

    На первом допросе Юрий Ц., еще будучи подозреваемым, рассказал, что попросил парней вызвать скорую помощь и полицию, поскольку сам находился в шоковом состоянии.

    – Что вы делали в тот момент?

    – Я разобрал пистолет на части и убрал их в боковые карманы куртки.

    – Зачем?

    – Я испугался, потому что никогда не был в такой ситуации и оружие самообороны не применял.

    – Сколько раз вы стреляли?

    – Не могу сказать, но не менее четырех раз перед ногами мужчины и один – в ходе борьбы с ним. А может, и больше. В бегущего я не стрелял, в лежащего тоже.

    Уголовное дело возбудили по статье 105 (убийство), и встал вопрос о мере пресечения. Следователь ходатайствовал о заключении под стражу, но суд вынес постановление о домашнем аресте, посчитав, что Юрий никуда не скроется – у него дом, работа, хорошие характеристики, то есть устойчивые социальные связи. Для подозреваемого или обвиняемого это благо, потому что два дня домашнего ареста приравниваются к одному дню лишения свободы. Это учитывается при оглашении приговора.

    А вот родственникам убитого сложно понять такой домашний арест. В большинстве случаев им хочется, чтобы душегуб до суда сидел в самой плохой камере и постоянно страдал.

    Кто же убитый? И почему он себя так вел в баре? Это директор фирмы, название которой мало что говорит. Потерпевшей по делу признана его старшая сестра, работающая психиатром-наркологом. Она не раз подчеркивала, что брат был неконфликтным человеком и не злоупотреблял алкоголем.

    Накануне случившегося он позвонил ей, пригласив в кафе, – хотел познакомить со своей девушкой. Вечер прошел нормально, брат был душой компании, но пили только пиво. Примерно в 23:00 все разъехались, а через несколько часов ей с телефона брата позвонил сотрудник полиции и сообщил трагическую новость.

    В ходе расследования проводились несколько экспертиз. В результате судебно-химического исследования в крови погибшего обнаружен этиловый алкоголь, концентрация – 2,89 процента, что соответствует тяжелой степени опьянения.

    Барменша рассказала, что обвиняемый был постоянным посетителем их заведения, она даже звала его по имени – Юра. А вот потерпевшего видела впервые. Бар работает с 11:00 до 1:30, то есть почти круглосуточно.

    – Первый раз потерпевший появился в баре примерно в 15:00, выпил два больших стакана пива и ушел. Второй раз был уже ночью, заказал стакан пива, выпил и… уснул. Я его разбудила, предложив уйти. Он попросил принести еще полный стакан. Я ответила, что налью только на вынос. И действительно налила литр пива в пластиковую бутылку, снова попросив покинуть заведение.

    Тут ко мне подошли другие клиенты, я отвлеклась. Когда освободилась, вышла из-за барной стойки и увидела, что мужчина опять спал за тем же столиком. Опять его разбудила и в очередной раз попросила уйти. Он начал оскорблял нецензурной бранью. Тогда я взяла его под руку и повела к выходу. Он вырвался, дважды пнул меня: по руке и в низ живота. Тут подошел Юра и вытолкал его на улицу.

    Что происходило там, я не видела – вернулась на рабочее место. Через некоторое время в бар вбежали два парня, сообщив, что на улице один мужчина убил другого…

    Если верить барменше, а ей лгать особого резона нет, то «новичок» был сильно пьян. Теперь о самообороне водителя, который утверждал, что стрелял исключительно перед ногами буяна. Судмедэксперт насчитал на теле погибшего два огнестрельных ранения и множество ссадин от ударов и пуль. Смерть наступила от ранения головы, причем стрелял Юрий в упор, что подтверждается звездчатой формой раны, отслойкой мягких тканей и копотью вокруг отверстия.

    Гособвинитель из прокуратуры Автозаводского района, выступая в суде, еще раз акцентировал внимание на событиях той трагической ночи: в ходе обоюдной драки Юрий выстрелил потерпевшему в левую ногу, а когда тот упал на колени, приставил к его затылку пистолет и снова выстрелил. Потом не менее пяти раз ударил смертельно раненого рукояткой в голову и опять выстрелил, когда тот упал.

    Разве это самооборона? Это убийство – умышленное причинение смерти, за которое обвиняемый должен понести суровое наказание. А именно – 10 лет колонии строгого режима.

    Сам Юрий Ц. в суде вину признал частично: да, стрелял, но умысла на убийство не было. Суд признал этот довод несостоятельным. Действительно, приставить травматический пистолет к голове и выстрелить – свидетельство как раз об умысле. Ведь Юрий, имея разрешение на ношение оружия, проходил соответствующее обучение, а значит, знал о правилах его применения и последствиях. В итоге – 8 лет строгого режима.

    Сторона защиты уже обжаловала вынесенный приговор, предложив либо вернуть уголовное дело на доследование, либо вынести минимальное наказание, предусмотренное статьей. Сторона обвинения (потерпевшая и ее адвокат) подали возражения на апелляционную жалобу, считая приговор справедливым. Слово теперь за областным судом.

    Как бы там ни было, но суть от этого не изменится: один – убитый, другой – убийца. Кстати, оба далеко не мальчишки: директору фирмы было 44 года, водителю – 50 лет. В этом возрасте уже надо уметь управлять своими эмоциями. Или всё дело в алкоголе, точнее в его количестве?

    Сергей Русов, «Вольный город Тольятти»
    Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 32 (1312) 14.08.20