Судили за издевательства над родной матерью

В Автозаводском районе прошел не совсем обычный уголовный процесс: судили 33-летнего транспортировщика фирмы «Лада Пласт» за издевательства над родной матерью. Он обвинялся по трем статьям и шести эпизодам.

Поскольку у подсудимого и потерпевшей одна фамилия, я после долгих раздумий решил всё-таки ее изменить, хотя очень хотелось назвать негодяя полностью. Если честно, пожалел потерпевшую: женщина больна и находится в беспомощном состоянии в силу своего возраста и физических данных.

У Марии Петровны (ее имя и отчество тоже изменены) два сына, с ними жил младший. Олег бросил работать в апреле прошлого года, а запил в сентябре. Вообще, на алкоголь он слабый, поэтому был закодирован и деньги хранил у родителей, дескать, подальше от соблазна. По словам матери, скопил Олег около 55 тысяч рублей благодаря тому, что находился на полном иждивении родителей. Свои деньги тратил только на себя, а когда подженился и привел Юлю в дом, то немного и на избранницу.

Закончились капиталы еще летом, а в начале сентября великовозрастный трутень запил. И стал требовать деньги на спиртовые настойки. Уже по выбору алкоголя можно определить уровень человека.

Родители Олега – пенсионеры со слабым здоровьем. «Сыночек» называл их самыми гадкими словами, придирался к каждой мелочи, искал любой повод, чтобы пустить в ход кулаки.

Особенно доставалось матери: он говорил, что она покупает дешевые продукты и готовит невкусную пищу, что не убирается в квартире, что плохо выглядит. Женщина пыталась вразумить «сыночка», ведь на две скромные пенсии трудно прокормить тридцатилетнего мужчину. А в ответ – подзатыльники или самые настоящие удары.

У Марии Петровны целый букет заболеваний, в том числе сильные головные боли. Надо ли говорить, что любой толчок причинял ей дополнительные физические страдания. И моральные тоже. Три месяца она терпела, никому не рассказывала про издевательства Олега, даже старшему сыну, – стыдно было. Терпел домашнего «боксера» и отец, который перенес инфаркт.

– Пока Олег был трезвый, он только хамил мне и просил деньги на выпивку. Когда я давала деньги, каждый раз 150-200 рублей, он снова напивался, начинал оскорблять, материть и распускать руки, – призналась потом Мария Петровна.

– Мы боялись младшего сына, поэтому не обращались в полицию, – дополнил ее муж.

Так продолжалось до 10 декабря. Вечером пьяный Олег зашел в комнату матери, где она гладила белье, и потребовал дать ему 250 рублей. Получив отказ, повалил мать на кровать, схватил одной рукой за ногу, а другой горячим утюгом стал прижигать ей кожу. Потом руку. Крича от боли, женщина сумела дотянуться до розетки и отключить утюг. Олег этого не заметил и после продолжительной брани, угроз и требований отдавать ему деньги сразу же он поставил утюг на лицо матери. К счастью, электроприбор к тому времени остыл и не причинил большого вреда.

И вот кто после этого Олег? Самый настоящий фашист! Это они, захватчики, жили за счет оккупированных народов, били, пытали, изгалялись как могли. Чем Олег лучше их? Ничем! Чем хуже? Тем, что он издевался над родной матерью.

Если бы не ожоги рук и ног у пожилой женщины, ее сыну-извергу удалось бы и на этот раз избежать наказания. Но следы от утюга увидел старший сын пенсионеров и прямиком отправился в полицию. Написала официальное заявление и сожительница Юлия, узнавшая, что Олег сделал со своей матерью. Впрочем, доставалось и ей самой: буйный «супруг» начал ее бить, душить, угрожать убийством. Однажды она даже спряталась в туалете – ждала, когда тот успокоится.

В суде Олег Ганий вину признал частично, но пытку утюгом подтвердил. При этом вспомнил, что тогда кричал матери:

– Ты существуешь, и мне жить не даешь! Когда тебе хорошо, другим плохо!

Мария Петровна сидела в зале суда, слышала эти и другие обидные для нее слова. И тем не менее она кардинально изменила свои показания: говорила про то, что сын у нее хороший, что, находясь в алкогольном опьянении, он не был агрессивным, что она сама давала ему деньги на сигареты. И вообще, с сентября по декабрь ее никто не бил, только от утюга остались следы на коже. Но тут же подчеркнула, что из-за хворей у нее снижен порог чувствительности.

А еще просила суд не лишать младшенького свободы, хотя тот уже полгода провел в камере следственного изолятора. Адвокат подсудимого представил характеристики на Олега: оказалось, что по месту жительства и на работе о нем отзываются хорошо.

Только один человек на свете сможет простить такое – мать. Впрочем, старший брат на процессе сообщил, что Олег названивал домой из камеры, требуя от родителей изменить показания.

Старший помощник прокурора Автозаводского района Ольга Артюшкина, поддерживавшая государственное обвинение, предложила лишить Гания свободы на 6 лет. Суд с учетом просьбы матери приговорил истязателя к 4 годам колонии общего режима. Прокуратура уже заявила, что обжалует мягкий приговор. Что касается вещественного доказательства, хранящегося при уголовном деле, то утюг решено вернуть потерпевшей. Я не знаю, будет ли она им пользоваться еще…

Сергей Русов, «Вольный город», № 22 (1150) 09.06.17

наручники за спиной

фото: www.dui-criminal-lawyers.com

фото: из открытых источников