Солнце на лето – зима на мороз

    22 декабря – праздник иконы Божией Матери «Нечаянная Радость». В этот день нашей Церковью отмечается зачатие праведною Анною Пресвятой Богородицы. Этой иконе молятся о даровании детей.

    «На зачатие святой Анны волки стадятся». Лютуют и лисы. Голодно, очень голодно им об эту пору. Одна пожива – зайчишки. Так они, хитрецы такие, будто фронтовые разведчики, в белые халаты облачились. А петлять-то, петлять-то как навострились: бежит-бежит и через кустик аж метра два в сторону – мах! Вот волк или лисица бегут-бегут по следу – что за чертовщина: куда след пропал? А он уже в лесу – под деревом за сугробом спрятался. Затаился и отдыхает. Сил набирается, чтоб к прадедушке Толе в сад наведаться.

    23 декабря – в этот день наши предки чтили славяно-языческого подземного бога Карачуна (вернее будет сказать, Корочуна: с этого дня начиналось укорачивание ночи). Но: солнце на лето, а зима на мороз. Хорошо помню студенющие ночи последней декады этого месяца. Бабаня, бывало, сверится с приметами – определит, ночь предстоит сугубо морозная. Значит, не только овечек, но и корову с теленком надо загонять в тёплую конюшню.

    25 декабря – Спиридон-поворот.

    Святителю Спиридону молятся о даровании урожая, об исцелении от разных болезней, о помощи в огороде.

    В народном представлении (без всяких там приспособлений – на глазок исчислили!) именно с этого дня солнце поворачивается на лето.
    «От Спиридона солнце на лето, зима на мороз». Морозы этого дня так и называются: спиридоньевские. Ну, не даром же на Руси говаривали: «Со Спиридона зима холодит в медвежьей шубе, по утрам стучится по крышам изб, будит баб и заставляет топить печи». Хватит-де валяться у муженька под бочком. И ему неча постелюшку пролеживать – пора скотинушку поить-кормить. А то вон она как с входной двери глазынек не сводит и даже молодую соломку всю как есть умяла.

    Вот ведь как в старину селяне с природой дружественно, чуть ли не по-соседски жили. Вечером под Спиридона, повинуясь (именно повинуясь: на дворе-то холодрыга!) старинному обычаю, жгли костры за околицей в честь красна солнышка (ну это молодежь). А вот утром, у кого свободная минутка была, «всем гамузом» выходили опять же за околицу зазывать солнышко побыстрее к весне двигаться.

    Что холодно, то холодно об эту пору. И не только в открытом поле. Ледяной ветер беспрепятственно гуляет и меж голых деревьев. Летом-то ему вглубь леса доступа не было, только по вершинам деревьев резвился. И вот (ну не душегуб ли?) забирается он под тугое перо, проникает в густую шерсть и студит кровь. Не усидеть ни на земле, ни на ветке ни зверю, ни птахе (всё покрыто снегом, стынут лапки). Надо бегать, прыгать, летать, чтоб как-то согреться. Нет у них ни бабаней, ни маманей, которые бы их, как нас, на печь спровадили…

    Хорошо тому, у кого теплое, уютное логово, норка, гнездо, у кого запасов полна кладовая (да не одна, как, например, у белки; запасливая, как самаролукская хозяюшка!). В своем не продуваемом жестокими ветрами убежище закусил неустанными трудами приобретённым по осени ёдовом, свернулся калачиком и спи-посыпотствуй! А нет, так одним глазком любопытствуй, как по лесу голодные волки да лисы шастают-зверозубастничают. Да не больно-то позверобойствуешь. Повторюсь: эти прохиндеи зайчишки, как армейские разведчики, в белые халаты обрядились…

    Анатолий Солонецкий, газета «Ставрополь на Волге»

    солнце над рекой