Сказать, что ему пришлось нелегко — значит не сказать ничего

    Сразу семь законопроектов на трёх разных комитетах отстаивал на минувшей неделе депутат Самарской Губернской Думы Алексей Краснов.

    Мирно и без оружия не захотели

    Первый законопроект, представленный им на комитете по законодательству, был подготовлен фракцией КПРФ в СГД. Речь шла об изменениях в скандально известный Закон Самарской области «О порядке подачи уведомления о проведении публичного мероприятия и обеспечении отдельных условий реализации прав граждан на проведение публичных мероприятий в Самарской области». Проще говоря — областной закон о митингах.

    Основываясь на недавнем решении Конституционного суда, коммунисты добивались исключения из закона ряда положений, значительно суживающих поле возможностей для волеизъявления граждан, которым уже практически негде собраться «мирно и без оружия», дабы публично высказать свою точку зрения по поводу происходящего в стране.

    Вот что об этом написал сам Алексей Краснов на своей страничке ВКонтакте:

    «Сегодня была сделана очередная попытка ослабить удавку ограничений, наложенную самарским законодательством на проведение мирных демонстраций, митингов и шествий. Фракция КПРФ Самарской губернской думы выдвинула законопроект (я представлял его на профильном комитете) с предложением отменить ряд местных ограничений. Это и 150 метров от культовых зданий, больниц, учреждений дополнительного образования и так далее. Словом, убрать всё местечковое ноу-хау, не соответствующее федеральному законодательству. Наш резон был прост: недавно Конституционный суд рассматривал иск по похожим случаям волюнтаризма в Республике Коми и признал их неконституционными. Подчеркнув, что регионалам можно, конечно, вводить допограничения на свободу собираться мирно и без оружия, но исключительно опираясь на местные особенности и объективную необходимость. Остальное — нарушение.

    Зазвучали возражения: да что там той Коми? А у нас — ого-го и эге-гей! Города большие, где хочешь, там и запрещай. Ну и «зарубили» вопрос прямо на комитете.

    …Что ж, придётся и нам по стопам Коми обращаться в Конституционный суд. Ну не осталось уже практически на картах городов области — в первую очередь Самары и Тольятти — мест, где граждане могут собраться и выразить своё мнение. Мирно и без оружия».

    Борьба с эвакуаторным беспределом

    Второй законопроект рассматривался на заседании комитета по транспорту. И касался он беспредела фирм и фирмёшек, занимающихся эвакуацией транспорта. Причём сплошь и рядом ЯКОБЫ неправильно припаркованного.

    И снова обратимся к записям депутата-коммуниста Алексея Краснова на его странице в ВК:

    «У нас существует некая правовая лакуна. Дело в том, что человек, припарковавший свою машину с некими нарушениями (возможно!), оказывается абсолютно беззащитным перед этим хорошо организованным и оперативно действующим кланом «эвакуаторщиков». И я сейчас даже не про то, что, вернувшись через 10-15 минут и не найдя машины, автомобилист просто ничего не знает о её судьбе, и на выяснение будет вынужден потратить много времени, нервов и денег на такси. Речь о другом.

    У человека появляются две обязанности: оплатить штраф (государству) и оплатить «услуги» эвакуатора. В первом случае он по закону имеет «отсрочку» в 60 дней. За это время он может, как выложить деньги за штраф, если нарушение имело место, так и оспорить его, если нарушение отсутствовало — что случается сплошь и рядом. Но вот за эвакуатор он обязан раскошелиться сразу. Ни отсрочек, ни оспаривания. Плати. Иначе автомобиль не вернут — своего рода шантаж.

    А если у него просто нет в кармане данной суммы? И, к тому же, он из другого города и перезанять ему просто не у кого? Как быть в этом случае? Ехать в свой город за деньгами, возвращаться и выкупать авто у группировки «эвакуаторщиков»? А на какие «шиши» ехать домой? И потом, как я уже говорил выше, ситуация с эвакуацией может быть ошибочной. Почему гражданин обязан выкладывать немалые деньги за чужую ошибку?

    Словом, ситуация запущенная.

    Вчера на заседании комитета по транспорту, автомобильным дорогам, информационным технологиям и связи Самарской губернской думы рассматривался мой законопроект, в котором содержится положение о том, чтобы оплата «услуг» эвакуатора производилась в те же сроки, что отпущены КоАП на оплату административного штрафа.

    Проблема настолько вопиющая, что никаких особых возражений у членов комитета не возникло. Решено из-учить вопрос с привлечением ГИБДД, общественности и вынести на заседание думы».

    Необходимость такого закона отрицать трудно. Несмотря на то, что он направлен на дополнительное рассмотрение, у него есть хорошие шансы быть принятым.

    Поправки в трудовой кодекс

    На рассмотрение комитета по здравоохранению, демографии и социальной политике было вынесено шесть законопроектов, подготовленных депутатом- коммунистом Алексеем Красновым. Удивительная история: на все шесть было получено однозначно положительное заключение областного Минтруда и столь же резко отрицательное — юридического управления Самарской губернской думы. Впрочем, Минтруд тоже «менял показания» по ходу дела, но об этом ниже.

    Первый законопроект касался установления предельных сроков отработки после обучения за счёт работодателя. Исходя из реалий времени, Краснов предложил ограничить максимальный срок отработки для тех, чьё обучение в вузе оплачивал работодатель, пятью годами. А то бывают случаи, когда работник попадает буквально в кабалу к работодателю, будучи вынужден подписывать договор сроком до 15 лет.

    — Сразу предвосхищу возражения Сергея Сергеевича (Сергей Рыбалко — начальник отдела законодательства в сфере социальной политики, государственной службы и трудового законодательства. — Прим, ред.) и юридического управления думы, — сказал Алексей Краснов, представляя законопроект. — Основой этого контракта является покупка, если так выразиться, дополнительных компетенций. Иначе ради чего работодатель будет отправлять работника на обучение? Мы все прекрасно понимаем, что за срок в пять лет все эти компетенции будут отработаны. Мало того, возникнет потребность в новых. Неслучайно же все глобальные переаттестации у нас случаются, как правило, через пять лет. За это время работник все эти знания и умения вложит в бизнес или предприятие, выполнив тем самым свой моральный долг перед работодателем…

    Казалось бы, всё просто и понятно, но… Юристы не усмотрели оснований для внесения законопроекта, у Минтруда и профсоюзов сразу же не нашлось обращений по поводу пресловутых 15 лет. Максимум, что нашлось из конструктивного — это дополнить текст словами «не более». В смысле пяти лет. Не помогла даже отсылка члена комитета, поддержавшего законопроект, к словам Президента РФ. Четыре голоса «против» перевесили три — «за».

    Второй законопроект по устранению правовой коллизии между статьями ТК, где речь шла об исчислении отпусков в разных случаях в рабочих и календарных днях постигла та же участь. Но поскольку тема узкоспециальная, подробнее останавливаться на данном законопроекте не будем. Отметим только, что отторгать, не вникая даже в «технические» изменения законодательства, предложенные коммунистами — это, так сказать, фирменный стиль «коллег из «Единой России».

    — Принцип бритвы Оккама — не надо умножать сущности без необходимости, — сказал при обсуждении Алексей Краснов. — Я им руководствуюсь. Законы должны быть понятны и не содержать терминов, обозначающих одно явление двумя разными словами…

    Но услышан не был. Законопроект отклонили.

    Ещё один законопроект Краснова касался внесения направления на альтернативную службу в список оснований, служащих для возникновения полноценных трудовых отношений.

    Сначала всё шло по накатанной колее: слова о федеральных законах, о том, что уже 146 человек прошли альтернативную службу, что 45 трудятся — и всё нормально. Всё, мол, регулируется другими законами и положениями. Сплошное равенство труда и волеизъявление субъектов.

    Перешли к выступлениям.

    — О каком равенстве труда мы говорим? — Задал риторический вопрос Алексей Краснов. — У нас в Трудовом кодексе основанием для возникновения трудовых отношений пятым пунктом значится «судебное решение о заключении трудового договора». Извините, здесь никакой свободной воли субъектов не просматривается. Здесь суд их обязывает. Так и с альтернативной службой — государство обязывает. Кто мне объяснит, в чём разница?

    И тут случилось странное: законопроект поддержал «тяжеловес» из стана политических оппонентов — Николай Ренц:

    — Мне кажется, поправка, которую предлагает Краснов — нормальная. Если в Трудовом кодексе перечисляются все виды оснований для заключения трудового договора, а альтернативная служба по закону таковой является, то почему бы не внести? Всё нормально…

    И сразу стало четыре «за» при двух «против» и, на всякий случай, воздержалась руководитель комитета представитель «ЕР» Марина Сидухина.

    Два «технических» вопроса по поводу записей в трудовых книжках Алексей Краснов (как автор законопроектов) сам предложил отправить на доработку.

    Последний законопроект, касающийся возможности заключения ученического договора между работником и индивидуальным предпринимателем, рассматривался ранее — на комитете по промышленности. Особых споров не вызвал ни там, ни здесь. А решение было аналогичным — отправить на доработку. «Тольяттинский Навигатор» уже писал о том, что аналогичный законопроект рассматривался даже в Госдуме. Но не прошёл второго чтения.

    Члены комитета в едином порыве решили, что надо учесть все замечания «старших коллег» и более тщательно поработать над текстом и положениями законопроекта.

    И напоследок

    Небольшое интервью, которое депутат Самарской губернской думы Алексей Краснов дал «Тольяттинского Навигатора» сразу после окончания заседания комитетов.

    — Сегодня у вас был «урожайный день» на законопроекты. Как получилось, что все они рассматривались в один день на трёх разных комитетах?

    — Законопроектов было подготовлено много. Из-за новогодних праздников часть их попали в своеобразный «лист ожидания», поэтому, думаю, на первые заседания после каникул комитеты их все и вынесли.

    — Чем объяснить тот интересный факт, что все ваши законопроекты, направленные на реформирование трудового законодательства, были изначально однозначно поддержаны областным Минтрудом, но во время заседания представитель министерства постоянно «включала заднюю скорость» и высказывала противоположное мнение?

    — Я думаю, отчасти это связано с тем, что Минтруд не хочет остаться в истории косной структурой, зарубающей законодательные инициативы. Формально Минтруд понимает, что здравое зерно во всех моих законопроектах есть. И высказываться однозначно против опасно: возможно, что эти же законопроекты будут впоследствии выдвинуты какой-нибудь «Единой Россией» и автоматически приняты. Тогда получится, что у Минтруда какая-то двоякая позиция. С одной стороны, им не хочется выглядеть той силой, которая поддерживает политическую оппозицию, а также не хочется выглядеть структурой, которая сходу «режет» законопроекты коммунистов. Поэтому они и написали, что поддерживают, а на самом комитете, где голосуют не министерства, а депутаты, они уже высказываются против, понимая, что никто стенограмм с комитета не публикует. Останется в истории не речь на комитете, а останется бумага, в которой Минтруд меня поддержал.

    — Большинство законопроектов пошло «на второй круг» — на доработку. Дальнейшую их судьбу возьметесь предсказать?

    — Наверное, нет. Возьмём, к примеру, законопроект об альтернативной службе. Жёсткое мнение юруправления: нет, направление на альтернативную службу не является основанием для возникновения трудовых отношений. Ну как не является? Просто нет соответствующей строки в Трудовом кодексе. Я привел конкретный пример, когда государство решением суда понуждает человека к заключению трудового договора — это является основанием для возникновения трудовых отношений. А говорить о том, что федеральный закон об альтернативной службе таким основанием не является — это аргумент разряда: «потому что гладиолус». Почему нельзя? Потому что мы считаем, что нельзя! Ну, так нельзя…

    — Это заметно было даже потому, что в паре случаев вашу сторону приняли и «идеологические противники»…

    — Ну да, тот же Ренц сказал: «А чего не вписать-то?» Я считаю, это просто правовая лакуна, пропуск в законе. Трудовой кодекс писался до закона об альтернативной воинской службе. И в кодексе этого нет. И было бы хорошо, если бы именно Самарская область первой устранила этот недочёт. Но хочется же бабе Яге сказать, что она против, вот и говорит.

    — А почему так вяло был воспринят законопроект об эвакуаторах?

    — Во-первых, у комитета по транспорту нет оснований отказывать — мысль здравая. Но есть люди, фирмы, которые зарабатывают на этой правовой коллизии, занимаются эвакуацией транспорта. У них мощное лобби, это люди «со связями». Депутаты прекрасно знают фамилии тех, кто стоит за «эвакуаторным бизнесом» и осторожничают.

    — Осторожничай, не осторожничай, но проблема касается многих. Их в том числе. Может, после обсуждения с ГИБДД и общественностью разум возобладает?

    — Надеюсь.

    Андрей Сергеев, «Тольяттинский навигатор»
    Оригинал статьи опубликован в газете «Тольяттинский навигатор», № 2 (539) 30.01.2020
    Свидетельство о регистрации СМИ ПИ №ФС 7-4315 от 21.03.07

    предлагает изменения в законы

    Фото: «Тольяттинский навигатор»