Сердце стояло 45 минут

Известному тольяттинскому анестезиологу-реаниматологу Владимиру Вартанову присвоено почетное звание «Заслуженный работник здравоохранения Самарской области».

Биография Владимира Яковлевича достаточно характерна. Врач в третьем поколении, доктор медицинских наук начал свою медицинскую деятельность с должности санитара. По направлению отработал три года в районной больнице, затем учился в аспирантуре, с 1983 года постоянно работает в системе родовспоможения. Совмещая научную и практическую деятельность, является профессором Международной академии анестезиологии и реанимации, почетным членом Ассоциации акушерских анестезиологов-реаниматологов. Сейчас заведует отделением анестезиологии-реанимации для беременных, рожениц и родильниц ГБУЗ Самарской области «Тольяттинская городская клиническая больница № 5».

Воспользовавшись информационным поводом, я задала Владимиру Яковлевичу несколько вопросов.

Двойная ответственность

– Как вы выбрали специализацию анестезиолога-реаниматолога?

– Поскольку я родился в семье врачей, выбор профессии был предрешен. Отец мой был квалифицированным невропатологом, кандидатом медицинских наук, мать работала старшим врачом скорой помощи. Они прошли всю войну. Бабушка трудилась акушером-гинекологом. Мне акушерская анестезиология-реаниматология интересна, так как в этой сфере врач всегда может получить положительные эмоции. Когда рождается ребенок, и ты помогаешь женщине стать матерью, выводишь ее из критического состояния или просто обезболиваешь ее роды, делаешь их комфортными – разве это плохо?

– Вашу роль в процессе помощи при рождении – главного события в жизни человека – действительно трудно переоценить…

– Формулировка «ваша роль» не совсем правильная. В одной из самых больших больниц нашей страны – городской клинической больнице № 5, возглавляемой Николаем Ренцом, трудится слаженный коллектив настоящих профессионалов, и наш межрайонный перинатальный центр третьего уровня (их не так уж и много в стране) является одним из структурных подразделений данного стационара. То, что обычный городской роддом стал межрайонным перинатальным центром – это результат комплексной модернизации, в результате которой у нас появилось уникальное оборудование, позволяющее внедрять самые передовые технологии.

Благодаря этому в наш центр поступают пациентки не только со всего Самарского региона, но и из Москвы, Санкт-Петербурга и даже из-за границы. К сожалению, здоровых беременных практически не осталось, поэтому у нас, как и во всем мире, велик удельный вес оперативного родоразрешения. Роды, которые раньше считались физиологическим процессом, зачастую становятся патологическими, в 97-98% случаев у наших беременных имеется серьезная сопутствующая патология, которая требует комплексного лечения с привлечением анестезиолога-реаниматолога, терапевта и прочих смежных специалистов.

– Вы обезболиваете практически 100% родов?

– Да, боль в родах знаменитый американский исследователь Мелзак обоснованно сравнивал с болью при травматической ампутации пальца. Технологии обезболивания родов я привез, когда меня в 1996 году пригласили работать в Тольятти. И пусть современная анестезиология, интенсивная терапия в акушерстве позволяют значительно обезопасить родовой процесс, ни одна даже самая развитая страна в мире не может похвастаться тем, что у них отсутствует материнская и детская смертность.

В благополучной Англии в родовспомогательных учреждениях самая высокая зарплата у анестезиологов. И тем не менее желающих работать в акушерской анестезиологии нет, потому что при любой неудаче можно разом лишиться всех дипломов, титулов и так далее. То же самое и в нашей стране. У нас существует комиссия по материнской и детской смертности. В результате ее деятельности не один врач расстался с карьерой, также были случаи возбуждения уголовных дел. Акушерская анестезиология-реаниматология – очень ответственная сфера деятельности, в которой отвечаешь сразу за двоих – за ребенка и за женщину. Хочется подчеркнуть, что уровень материнской и детской смертности – важнейший показатель социально ориентированного государства.

И доктор, и лектор, и ученый

– Можно ли привыкнуть к постоянному грузу ответственности?

– Ко всему привыкаешь, слабые духом не должны работать в этой профессии. А что касается тех вещей, которые называют профессиональным выгоранием, то она встречается у врачей, особенно с большим стажем. Но я считаю, что человек обязательно должен получать удовольствие от своей работы. Тогда работа не будет казаться ярмом, а чтобы не «выгорать», у меня есть много смежных специальностей, являющихся для меня и разрядкой, и своеобразным отдыхом.

Я преподаю в медколледже, в Самарском медицинском университете, занимаюсь научной работой, являюсь постоянным членом оргкомитета ежегодных межрегиональных научно-практических конференций «Тольяттинская осень», которые востребованы медицинской общественностью, на них ежегодно собирается более 1000 врачей из разных регионов нашей страны, в 2017 г. мы проведем юбилейную, Х конференцию.

Много времени уделяю нашему научно-практическому журналу «Тольяттинский медицинский консилиум», который издается с 2011 года 4 раза в год, являюсь заместителем главного редактора. Журнал уже давно перешагнул рамки нашего региона, хорошо известен в стране, информация о нем размещена на многих крупных медицинских сайтах.
В настоящее время пишу пособие по вопросам оказания помощи в экстренной анестезиологии. Есть и хобби – фотография, без любимого кофра с фотопринадлежностями не мыслю ни одну поездку. Надеюсь, я убедил вас, что рецепт от выгорания – смена одного интересного занятия другим?

– Кто никогда не сможет работать анестезиологом-реаниматологом?

– Для того чтобы работать анестезиологом-реаниматологом, необходимо иметь быструю реакцию, умение не теряться в критических ситуациях, обладать большими знаниями по терапии, хирургии, акушерству, физиологии, лабораторной диагностике. Нужно быть всесторонне образованным врачом, который видит и умеет лечить различную патологию. Ведь задача анестезиологов-реаниматологов – обеспечить безопасность пациента, спасти его, вывести из критического состояния, чем бы оно ни было обусловлено.
Сердце стояло… 45 минут

– Какая патология чаще всего встречается у ваших пациенток?

– Эклампсия, преэклампсия (раньше их называли поздним токсикозом беременности). Артериальное давление при этом достигает такого высокого уровня, что появляется реальная угроза жизни матери и ребенка. Это может закончиться кровоизлиянием в мозг, сердечной, печеночной, почечной недостаточностью, всех бед и не перечислишь. В акушерстве часто возникают различные нарушения свертываемости крови, массивные кровотечения. Ответственно заявляю, что мы оснащены самыми современными, хоть и очень дорогостоящими препаратами, нормализующими свертываемость крови, применение которых позволило спасти много жизней. Наверное, тут нужно упомянуть и сэлл-сэйвер, позволяющий значительно уменьшить количество переливаемой донорской крови при массивных кровопотерях.

В Тольятти немало беременных с ВИЧ-инфекцией, в том числе в стадии вторичных изменений, когда поражены внутренние органы. Этот опыт мы обобщили и стали авторами всероссийских клинических рекомендаций «Анестезиологическое обеспечение у ВИЧ-инфицированных беременных при абдоминальном родоразрешении».

– Постоянно работая с пациентами, находящимися в угрожаемых состояниях, как вы относитесь к необъяснимым исцелениям, к божьему промыслу?

– Если Бог дал шанс человеку выжить, он выживет. Хороший врач обязательно попадется на его жизненном пути и сумеет вывести из критического состояния. У меня была необычная пациентка, когда еще работал в Кишиневе. Обходя в очередной раз операционные, я вошел в одну из них в тот момент, когда у больной произошла остановка сердца.

Вместе с коллегами начали легочно-сердечную реанимацию, которая продолжалась 45 минут! После 17 дефибрилляций сердце запустили. Обычно при остановке сердца длительностью более 5 минут начинаются необратимые изменения в центральной нервной системе. А моя пациентка после 45 минут остановки сердца не только не пострадала умственно, но после выздоровления выучила еще два иностранных языка, работала секретарем посольства, вступила в общество людей, перенесших клиническую смерть.

Справка

В 2016 году в межрайонном перинатальном центре ГБУЗ Самарской области «Тольяттинская городская клиническая больница № 5» было 5593 анестезиологических пособия, из них более 2000 – при операциях кесарева сечения. В сутки анестезиологи-реаниматологи могут оказывать анестезиологическое пособие 20-30 роженицам.

Николай Ренц, главный врач ГБУЗ Самарской области «Тольяттинская городская клиническая больница № 5»:

Я счастлив, что в нашем коллективе есть такой доктор, как Владимир Яковлевич. Он признанный авторитет в акушерской анестезиологии-реаниматологии. Он врач-практик, спас сотни женщин. При его непосредственном участии мы внедрили высокотехнологичное оборудование. В частности, одними из первых в Поволжском регионе мы начали использовать сэлл-сэйвер, аппарат, предназначенный для сбора крови пациента во время операции, ее очищения и возвращения в кровяное русло, что обеспечивает выполнение операций с минимальным использованием донорской крови, а это, в свою очередь, уменьшает число осложнений. Владимир Яковлевич работает над проблемой HELLP-синдрома, опасного заболевания, включающего целый комплекс проблем со здоровьем беременных женщин и рожениц: сбои в работе печени и почек, кровотечения, плохую свертываемость крови.

Ольга Пимантьева, «Площадь Свободы»
oleangelina@yandex.ru

Владимир Вартанов

Владимир Вартанов, фото: «Площадь Свободы»

фото: из открытых источников