Пришел Спас – яблочко припас

17 августа – Авдотья-сеногнойка (отавное сенцо, грешили на неё селяне, мастерица гноить).

А ещё она – малиновка. Об эту пору поспевает лесная малина.

Примета: «Каково четвертое (по старому стилю) число августа, таков и ноябрь».

18 августа – Евстигней-житник.

Жатва в полном разгаре. Но такое вот разделение труда на эти дни: бабы жнут (серпами) и снопы в суслоны ставят, а мужики тем временем озимые сеют.

Поговорки этого дня и этой «двуипостасной» поры:

«Одной рукой жни, другой – сей».

«Одно дело делай, другое ведай».

И даже так: «День прозевал – урожай потерял».

А это погодоведческая примета: «Каков Евстигней – таков и декабрь».

Не всё-то прадедушке Толе с мотыгой да лейкой в огороде горбатиться. И не всё-то молодым дачницам глаголью над грядками торчать, а то и нарочито выставляться к смущению, а то и к соблазну молодого соседа. Пришла пора августовская – пора щедрого воздаяния за майские, июньские и июльские труды.

Это ли не отрада – привезти вечерком домой или посылать в город своим родным и близким дары сада и огорода? А ещё отраднее созерцать, как твои детки или внуки прямо с грядки угощаются «молочно-медвяной спелости» огурчиками (а как азартно хрустят они в молодых зубах!) или сочно-ароматными помидорками.

19 августа – второй Спас. «Пришёл Спас – всему час, плоды зреют».

Как повествует в своём Месяцеслове Владимир свет-Иванович, «До второго Спаса не едят никаких плодов, кроме огурцов», а «На второй Спас и нищий яблочко съест».

Ныне вот современной молодёжи трудновато понять, какая это радость была и не в такую уж далёкую старину полакомиться яблочком в наших местах. Купить в Самаре – кусалось. Они там сами, как правило, на привозных жили (дач тогда в Самаре мало-мало было).

Село наше, как и многие другие в Самарской Луке, было многолюдное. Перед Первой мировой оно до семисот дворов насчитывало. Дом к дому чуть ли не впритык стояли (сын отделился, где ему дом ставить, если не рядом с отцовым?). Так что огороды, приусадебные участки были маленькие – десять, от силы пятнадцать соток. Около дома сажали только овощи, картошку же, а до неё репу – в поле (ужли вы, читая в детстве сказку, поначали, что дед посеял репку в поле около лесочка, чтоб медведя объегорить?).

В таком разе до садов ли было моим землякам? Я помню вот только сад купца Чукина да заброшенный попов, с которого у меня под окном вот уже более шестидесяти лет куст красной смородины алеет, посаженный мною, ещё отроком. А чукинский сад, хозяин которого после раскулачивания сгинул где-то, ни слуху, ни духу о нём, разделился аж на трёх хозяев.

Две яблоньки этого сада достались моему крёстному дяде Стёпе. Забыть ли это: как жена его, незабвенная тётя Дуся, разносит, бывало, по соседям яблоки из своего сада?

21 августа – Матвей.

Не знаю уж почему, но в этот день (а давайте проверим, так ли будет на сей раз):

На апостола Матвея
Дуют ветры-суховеи.
Дуют с юга и востока –
Сохнет в озере осока.

Об эту пору принимаются за яровые. А посему такой советец из месяцеслова селяночкам – труженицам серпа зубрёного был:

На апостола Матвея
Жни пшеничку поживее.
А то, если погодя –
Не спасёшься от дождя.

23 августа – Лаврентий.

Стародавняя мудрость народная: «Осень и зима хорошо живут, коли на Лаврентия вода тиха и дождик».

На Лаврентия хотца, не хотца,
А иди до колодца.
На воде погадаешь –
Про осень и зиму узнаешь.

Такое вот гадание наша церковь не возбраняла. Здесь всё от Бога. Никакой бесовщины!

Анатолий Солонецкий, газета «Ставрополь-на-Волге»

яблоко висит на дереве