Полонез Огинского

    огинский михаил в молодости

    При упоминании фамилии польского композитора Михала Огинского (1765-1833) в памяти тут же возникает грустная, пронзительная мелодия полонеза. Это музыкальное произведение стало легендарным. Оно написано в минорном ключе, проникнуто глубокой грустью и тоской, но, несмотря на это, производит оптимистическое впечатление. Глубоко отражая славянскую душу, творение Огинского осталось и по сей день остается, возможно, самым известным музыкальным произведением на широких просторах от реки Одер до Берингова пролива.

    Сам Огинский сильно удивился бы, если бы смог представить, что потомки будут его помнить и чтить исключительно как композитора. Ведь своим современникам он был известен прежде всего как политик и дипломат, как один из лидеров восстания Костюшко и как автор грандиозного проекта автономии Великого княжества Литовского.

    Однако в жизни композитора все получилось почти так же, как у Артура Конан-Дойля. Известно, что Дойль пробовал себя в самых разных жанрах и сферах, но в истории литературы остался для всех только отцом Шерлока Холмса. Так и тут. В течение тридцати лет после создания мелодия была известна как «Полонез смерти», но еще при жизни своего создателя в сознании людей постепенно трансформировалось в полонез №13 ля минор «Прощание с Родиной»… Пережив века, музыка осталась в истории как «полонез Огинского».

    Давайте чуть больше прикоснемся к биографии композитора.

    Белорусские корни

    Родился Михал Клеофас Огинский 25 сентября 1765 году в имении Гузово под Варшавой. В своих мемуарах он утверждал, что принадлежит к «литвинскому роду». Сейчас бы сказали — к белорусскому. Его предки жили у восточных границ Могилевщины, были православного вероисповедания и имели типично белорусскую фамилию Глушонки.

    Огинскими (правильнее в польском произношении — Огиньскими) они стали после того, как король Речи Посполитой подарил им имение Огинты.

    Юный Михал Огинский получил прекрасное образование. Для молодого князя пригласили лучшего наставника-гувернера — француза Жана Ролея, который до этого успешно справился с задачей воспитания Леопольда, сына императрицы Марии Терезии, на тот момент великого герцога Тосканского и наследника трона империи Габсбургов.

    Музыке Михала обучал будущий известный композитор Юзеф Козловский, автор знаменитого российского гимна «Гром победы, раздавайся».

    Бунтарь и «невозвращенец»

    Уже в 18 лет юноша начал делать карьеру. Его избрали депутатом польского сейма, потом, с подачи отца, он решил стать дипломатом.

    В 1790 году молодой князь переехал в Гаагу, затем в Лондон. В Англию он отправился уже не один, а с молодой женой Изабеллой, дочерью помещиков Ласоцких, которым принадлежало имение недалеко от Гузова.

    Как глубокое личное оскорбление воспринял Михал Клеофас второй раздел Речи Посполитой. В результате этого раздела «литвинские» земли отходили к России. Когда в 1794 году вспыхнуло восстание под руководством Тадеуша Костюшко, Михаил стал его активным участником, создал и возглавил отряд егерей. После того, как восстание было подавлено, Польша в результате третьего раздела фактически перестала существовать как государство. Огинский вынужден был бежать за границу. На целых восемь лет он превратился в «невозвращенца», в политического эмигранта. В вынужденной эмиграции Огинский написал оперу «Зелида и Валькур, или Бонапарт в Каире».

    Известно, что в Париже Огинский встречался с молодым, амбициозным императором Наполеоном и даже предлагал тому план возрождения Речи Посполитой и восстановления ее независимости, но получил отказ. Проявив определенное политическое чутье, на службу к Наполеону он не пошел.

    В этот же период начались проблемы в семейной жизни молодого дипломата. Брак Огинского, несмотря на рождение двух сыновей — Тадеуша Антония и Франтишека Ксаверия, трещал по швам, и супружеская пара искала способы, как бы это лучше и благороднее расстаться.

    Реабилитация

    Проблема разрешилась самым неожиданным способом. После убийства Павла I в 1801 году российский трон перешел к его сыну — Александру I. А тот назначил своего близкого друга, поляка Адама Чарторыйского, министром иностранных дел. Михал Клеофас нашел возможность выйти на Чарторыйского и попросил его решить свой вопрос. Вопрос решился быстро.

    Для начала Огинский получил разрешение на въезд в его собственные земли, принадлежавшие российской империи. 5 февраля 1801 года он прибыл в Санкт-Петербург, а через 10 дней ему была пожалована аудиенция у молодого царя Александра I. Император посочувствовал талантливому, инициативному человеку, проникся к нему симпатией.

    В итоге, с легкой императорской руки Огинскому возвратили все фамильные поместья, которые, правда, были в больших долгах. И вот тут на помощь пришел бездетный дядюшка граф Франтишек Ксаверий. Взамен на опекунство он при жизни подарил своему ретивому племяннику Залесье.

    Рыцарский поступок

    Став хозяином Залесья, Огинский женился во второй раз. Его новой избранницей стала экстравагантная итальянка Мария Нери. Причем познакомился он с ней не на ее родине в Венеции, а в Вильно.

    Дело было так. Один из участников восстания 1794 года Каэтан Нагурский, влюбившись в 19-летнюю красотку, привез ее в Литву, где на ней женился. Вскоре Нагурский заболел желтухой и умер. А его вдова превратилась в независимую «веселую вдову».

    В 1801 году Мария Нагурская привлекла внимание генерала Беннигсена, военного губернатора Литвы. Генерал тут же поселился в своей резиденции в Вильно. А Мария Нагурская, недолго думая, вручила ему ключ от черного хода своего дома. Беннигсон, как честный человек, решился просить ее руки. Но конкретного ответа не дождался. А когда в очередной раз, пылая страстью или надеясь на ответ, решил зайти с черного хода, то нарвался на неприятный сюрприз. Он застал свою возлюбленную с молодым, разведенным, перспективным Михалом Клеофасом, хозяином Залесья.

    Но закончилось все хорошо. Огинский проявил рыцарство и сделал Марии предложение. Вскоре они поженились. Молодая жена сразу же отлично вжилась роль хозяйки крупного поместья. В Залесье у Огинских родилось четверо детей — три дочери — Амелия, Эма и Ида- и сын Иреней Клеофас.

    А сам Огинский затеял масштабную реконструкцию своего имения и начал заниматься музыкальным творчеством.

    Историки сходятся во мнении, что свое главное, признанное во всем мире произведение, полонез «Прощание с Родиной» он написал в 1794, покидая Речь Посполитую после подавления восстания Костюшко. Кроме того, создал еще массу фортепианных пьес: польские танцы (полонезы и мазурки), марши, менуэты и другие произведения.

    Сенатор Российской Империи

    В 1810 году император пожаловал князю Огинскому звание сенатора Российской империи — по вопросам территорий, отошедших к России после окончательного раздела Речи Посполитой. По сути, он стал официальным представителем Александра I, его доверенным лицом на территории нынешней Беларуси, Литвы и Польши. Тогда же переехал в Петербург на несколько лет.

    Но вместо активных предложений по полной ассимиляции и подчинению этих самых территорий, Михал Клеофас предложил императору на рассмотрение… проект автономии Великого княжества Литовского. Это была его давняя мечта. Понимания и поддержки у высшей государственной власти она не нашла. В результате, Огинский окончательно разочаровался в политике Александра I, а тот явно разочаровался в нем в качестве сподвижника в вопросах «северо-западных территорий».

    Дети росли, но смерть младшей дочери Софьи привела к тому, что супруги Огинские, по сути, стали чужими людьми. Второй брак Михала Клеофаса тоже начал рассыпаться. Им овладела «охота к перемене мест», и князь отправился в милую его сердцу Флоренцию. Отбывая из Залесья, 57-летний Огинский знал, что больше на Родину никогда не вернется.

    Дальнейшая жизнь в его собственных глазах потеряла всяческий смысл. После двухлетних странствий по Европе Огинский поселился во Флоренции. Здесь он прожил целых девять лет и умер в своей квартире 15 октября 1833 года.

    Погребен Михал Клеофас Огинский в пантеоне Санта-Кроче. В этом месте покоятся знаменитые на весь мир итальянцы, подлинные титаны — Галилео Галилей, Никколо Макиавелли, Микеланджело Буонаротти, Джоаккино Россини…

    В скорбящей женской фигуре надгробного памятника угадывается его заказчица — жена Мария Нери. Вряд ли это было последней волей ее мужа, но вдова приняла свое решение.

    P.S. Иво Залусский, прапраправнук Михала Клеофаса Огинского, наш современник, британский музыкант и музыковед, в своей книге «Ген Огинского» написал:
    «Нигде так не любят и не лелеют полонез Огинского, как в сердце милой для его автора Литвы — там, где сегодня расположена Республика Беларусь».

    компазитор огинский

    Россинская Светлана Владимировна, гл. библиотекарь библиотеки «Фолиант» МБУК «Библиотеки Тольятти»; e-mail: rossinskiye@gmail.com