Почему в Тольятти мать с ребенком на руках выбросилась с девятого этажа?

    Бульвар Космонавтов, 7 – это не очень презентабельная шестнадцатиэтажка. Таких в городе много, но здесь на стене у входной двери нарисован портрет молодого космонавта в скафандре.

    О случившейся трагедии напоминает лишь связка полусдувшихся шариков, привязанных к игрушке. Вечером 30-летняя Елена О., взяв на руки сына-инвалида, бросилась вниз с девятого этажа. Шансов выжить у них не было. Критической считается высота пятого этажа, а тут, повторяю, девятый.

    Такой шаг отчаяния наделал много шума. Федеральная и региональная пресса вновь заговорила о депрессивности Тольятти, так и не избавившегося от клейма моногорода.

    В мэрию на этой неделе даже приезжал первый заместитель руководителя администрации губернатора Виктор Кузнецов, собиравший для беседы редакторов газет и некоторых блогеров. Цель – остановить волну негатива.

    Дело, наверное, нужное, вот только невозможно из смерти сделать хорошую новость. Чиновник и сам признался, что тема самоубийства Елены несколько суток стоит в топе новостей.

    Что же случилось на бульваре Космонавтов? Взяв на вооружение один из методов правоохранителей – поквартирный обход, я узнал, что в седьмой дом Елена с ребенком переехала меньше года назад. У нее была однокомнатная квартира на девятом этаже. С соседями она почти не общалась, а когда те пришли выяснить, надо ли чем-то помочь, заявила, что в помощи не нуждается.

    Возможно, это было проявление гордыни, ведь Елена нигде не работала: бросить больного ребенка она не могла, а услуги хорошей няни (ее надо еще найти) стоят дорого, минимум 100 рублей в час. Для одинокой женщины, живущей на пособия, это большие деньги.

    Отец малыша живет в Самаре, он лишен родительских прав – такого решения через суд добилась сама Елена. Сложные отношения у нее и с другими родственниками, в том числе с родителями. Ребенку с ДЦП нужен круглосуточный уход, поэтому можно только догадываться, как тяжело было Елене. Тяжело во всех смыслах: физически, материально, душевно. Бесконечно долго это не могло продолжаться.

    – Я как-то возвращалась с дачи. Елена открыла дверь своей квартиры и с вызовом громко спросила: «Что здесь ходишь? Что тебе надо? Хочешь посмотреть, как живу?! Заходи! Смотри!» Я опешила от такой неожиданной агрессии. Потом ответила, что просто прохожу мимо, у меня квартира рядом, чуть дальше по коридору. В тот момент Елена была не одна – из комнаты вышел молодой человек, очень симпатичный, и увел ее, призывая успокоиться. Позже соседи пояснили, что это ее родной брат, – рассказала жительница дома.

    В последние дни Елена ходила угрюмая, как будто что-то ее угнетало. Одна из молодых соседок мельком видела Елену за полчаса до гибели, они не разговаривали, только поздоровались. Ничего особенного в облике или поведении Елены та не заметила, если не считать мрачность, ставшую уже привычной.

    С другой стороны, откуда взяться позитиву? Каждый день посвящен больному ребенку, который никогда не оценит заботу, но своим существованием будет требовать постоянного внимания и тщательного ухода. И так – целых 13 лет! В полных семьях, когда супруги поддерживают друг друга, и то случаются срывы, а тут Елена одна с неизлечимо больным ребенком и кучей проблем…

    Следственный комитет уголовное дело возбудил по двум статьям: доведение до самоубийства и убийство лица, которое находилось в беспомощном состоянии. Очень много вопросов возникло к работникам органов опеки и попечительства. Они все сделали, что от них зависело, или давно махнули рукой на семью инвалида?

    Сергей Русов, «Вольный город Тольятти»
    Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 46 (1225) 16.11.18
    Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

    совсем темно на улице

    вход в жилой дом

    женщина разбилась

    происшествие 10 ноября 2018 года

    кадры «Патруль Тольятти»