Почему чиновники не боятся оскорблять людей?

    В средствах массовой информации периодически появляются сообщения об оскорблениях граждан чиновниками различного уровня и в различных формах. В связи с чем столодержателей, как правило, увольняют с работы. Но чиновники не учатся на ошибках коллег, и оскорбления продолжаются. Почему?

    Такая проблема, по мнению многих россиян, реально существует. Совсем недавно она даже обсуждалась на заседании совета по развитию гражданского общества и правам человека с участием президента Владимира Путина. Там было предложено внести проекты поправок в ряд законов, которые будут касаться ответственности для чиновников за оскорбления граждан. Президент эту идею поддержал, а это означает, что какие-то новые меры будут введены.

    Однако, прежде чем говорить о возможных и необходимых мерах по усилению ответственности чиновников, думаю, следует рассмотреть причины появления этой проблемы. И сделать это на примере двух последних случаев, получивших большой общественный резонанс.

    В первом случае были уволены председатель керченского городского совета и ее заместитель после скандала с поздравлением блокадников Ленинграда. Они, вручая одной блокаднице почетную грамоту горсовета, преподнесли ей в качестве подарка, как это было сказано в комментарии к видеофильму, батон. Такой скромный подарок и дорогие шубы дам вызвали большой общественный резонанс, многие россияне посчитали это оскорблением всех ветеранов, а глава Крыма Сергей Аксенов добился увольнения чиновниц, как он заявил, «за глупость».

    В этой ситуации, на первый взгляд, все понятно – уволены чиновницы были вроде бы справедливо. Однако в этом есть сомнение. Во-первых, как оказалось, подарили не батон, а караимский пирог. А эти пироги (пирожки) были первоначально любимым блюдом одного из крымских этносов, а в настоящее время являются уже любимым блюдом всех жителей полуострова и даже кулинарной визитной карточкой Крыма.

    Во-вторых, Аксенову, прежде чем увольнять чиновниц, следовало бы разобраться с причиной скромности подарков блокадникам. И прежде всего, были ли наделены органы местного самоуправления Керчи полномочиями по социальной поддержке населения с выделением на это бюджетных средств. Скорее всего, наделены не были, и у чиновниц просто нет средств на приличные подарки.

    А наделить такими полномочиями должны были органы власти Крыма во главе с Аксеновым. Если на самом деле все так, то ответственность за оскорбление блокадницы должны были понести не чиновницы, а Сергей Аксенов – уже за их оскорбление.

    Во втором случае за оскорбление был отправлен в отставку губернатор Чувашии Михаил Игнатьев. Сначала он при выступлении на торжественном мероприятии в День российской и чувашской печати обвинил журналистов и блогеров в критике действий власти и искажении информации. При этом высказал желание их «мочить».

    И хотя Игнатьев объяснил, в чем «мочение» должно заключаться, смысл этого слова был воспринят россиянами таким, каким они впервые услышали его из уст тогда еще председателя правительства Владимира Путина. Поэтому, думаю, многие отнеслись к высказыванию Игнатьева равнодушно и оскорблением его слова не посчитали.

    Но вот когда Игнатьев, вручая пожарным ключи от новых автомобилей, приподнял руку с ними, тем самым понудив офицера МЧС подпрыгнуть, в партии власти заявили, что глава республики «унизил честь и достоинство офицера, оскорбил чувства миллионов человек». И хотя помощники губернатора утверждали, что подпрыгнувший за ключами пожарный – – давний знакомый Игнатьева и все проходило на дружеских началах, а самого офицера не спросили, был ли он оскорблен, главу Чувашии отправили в отставку. Но, думаю, без работы он не останется…

    Проанализировав эти два случая, представленных средствами массовой информации в качестве оскорблений чиновниками «всех ветеранов» и «чувств миллионов человек», сделать вывод о том, были ли в данных случаях оскорбления или нет, является неоднозначным.

    Тем не менее, оскорбления граждан чиновниками периодически происходят. В данном вопросе я согласен с председателем Совета Федерации Валентиной Матвиенко, которая подчеркнула:

    – Это вопрос внутренней культуры. Если она есть, она есть. А если ее нет, никаким законом ее не привьешь.

    По ее словам, принципиальным моментом здесь является вопрос кадровой политики. То есть при назначении чиновников, выполнение обязанностей которых связано с их публичным характером, фактор внутренней культуры должен быть одним из самых главных.

    При этом надо иметь в виду: во-первых, чиновники – это государственные и муниципальные служащие, которых граждане, как налогоплательщики, нанимают на работу для оказания услуг населению.

    Во-вторых, как было сказано в одном из постановлений пленума Верховного суда, «государственные должностные лица могут быть подвергнуты критике в СМИ в отношении того, как они исполняют свои обязанности, поскольку это необходимо для обеспечения гласного и ответственного исполнения ими своих полномочий».

    Думаю, уместно в данном случае привести рекомендацию чиновникам первого американского президента Джорджа Вашингтона: «Проявлять упорство в своих обязанностях и оставаться молчаливым – вот лучший ответ на клевету». То есть граждане вправе позволить себе более вольное поведение по отношению к чиновникам, а ответственность чиновников за их вольное поведение по отношению к гражданам должна быть выше.

    Вместе с тем в настоящее время, наоборот, ответственность граждан выше. Так, за публичное оскорбление гражданином представителя власти предусмотрена уголовная ответственность, а за оскорбление гражданина должностным лицом – только административная. Считаю это необоснованным и несправедливым. В связи с этим уже есть законодательная инициатива об установлении уголовной ответственности и чиновников за оскорбление ими граждан.

    Я не сторонник карательных мер, поэтому считаю – наоборот, следует отменить уголовную и установить административную ответственность за оскорбление чиновников гражданами. И пусть тогда любой чиновник, в том числе и президент, при его оскорблении обращается в суд с требованием о компенсации морального вреда и наложении штрафа на оскорбляющего. Как это происходит сейчас в цивилизованных странах.

    При этом следует иметь в виду, что оскорбление – это унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, и носит персонифицированный характер. То есть признаки оскорбления могут быть только в тех случаях, когда действия лица направлены против определенного человека, и нет сомнений в том, что речь идет именно о нем. Оскорбление может быть нанесено в виде высказывания (словесно, письменно) или в виде действия (плевок, неприличный жест), а также публично или в отсутствие объекта оскорбления.

    Оскорбление заключается в негативной оценке личности либо внешности человека, его качеств, поведения, причем в форме, противоречащей установленным в обществе правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали. Важным признаком оскорбления является умысел, то есть оскорбляющий осознает, что наносит оскорбление другому лицу, и желает совершить соответствующее действие. В каждом случае все эти обстоятельства оцениваются в судебном порядке.

    О признаках пишу только потому, что почти во всех, получивших общественный резонанс, оскорблениях чиновниками граждан оскорбления не персонифицированы, то есть применены в отношении каких-то социальных групп граждан. Например, если словом «быдло» назвать весь народ или какую-то социальную группу, то это оскорблением, за которое предусмотрена административная ответственность, не будет. Ответственность в нашем законодательстве предусмотрена только при оскорблении религиозных чувств верующих, как социальной группы, и является уголовной.

    Какие же меры ответственности за оскорбления следует в настоящее время принять? Думаю, отмены уголовной ответственности граждан за оскорбление чиновников ожидать не стоит, так как она, как мне представляется, введена в целях борьбы с оппозицией и является для нашей власти вопросом принципиальным. А вот установление дисциплинарной ответственности, вплоть до увольнения, чиновников за оскорбление граждан и их социальных групп, думаю, может произойти.

    В настоящее время все подобные увольнения противоречат законодательству. И еще раз сошлюсь на Валентину Матвиенко, которая заявила:

    – Ну, вообще не сочетаются государственный служащий, чиновник и тот, который хамит, грубит и оскорбляет людей. Ну, какие статьи? Понимаете, гнать в шею…

    Анатолий Иванов, бывший депутат Госдумы
    Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 6 (1287) 14.02.20
    Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

    за столом сидит чиновник