Люди задумываются о своем питании в возрасте тридцати пяти – сорока лет

    Разговор с заведующей отделением эндокринологии Тольяттинской городской больницы № 1 Ириной Оловянишниковой.

    – Время от времени вегетарианство выходит на новый виток популярности, вовлекая в него очень разных по состоянию здоровья, уровню физической активности, возрасту или профессиональной принадлежности людей. Каждый ли может позволить себе вегетарианство как образ жизни?

    – Если мы будем брать вегетарианство вообще, оно в принципе разнообразно.

    – Жесткое отношение к продуктам животного происхождения?

    – Да, жесткое проявление вегетарианства, когда люди вообще исключают из питания не только мясо, но и, к примеру, яйца, творог, любые молочные продукты. Веганами исключаются практически все животные белки. Можно сказать, что люди живут на подножном корме. Тогда этот тип питания иногда даже опасен. Он может быть применим как этап лечебного голодания. Но постоянно существовать на таком наборе продуктов человеку очень сложно. Если этот тип питания выбирают взрослые, это еще может быть для них приемлемо. Но если в веганы идут ослабленные люди с какими-то серьезными заболеваниями, здесь возраст уже не имеет такого значения. Они внезапно пытаются стать здоровыми, надеясь на чудо, и уходят в другую крайность, отказываясь от ряда полезных продуктов. После операции этого делать точно не нужно.

    Существуют примеры, когда вегетарианство увлекло кого-то с самой юности, но и в этих случаях нужно учитывать, что со временем организм стареет, меняется. И тогда в определенном возрасте (если это не его родная культура, как, например, у индусов, которые в этом живут с рождения) это станет очень серьезным испытанием для организма.

    Вегетарианство – не только культура питания, но и культура общения. Когда мы вырываем некие нормы из такого социокультурного и традиционного национального контекста и привносим элементы жесткого веганства в нашу культуру, это приводит к крайностям. Потому что для них этот вариант – норма, а для нас – крайность. А крайность ничего хорошего не приносит. Другое дело, что все больше и больше людей активно отказываются от мясных продуктов.

    – Правильно делают?

    – Почему бы и нет? Допустим, это распространяется и на детей, которые видят, как их мамы и папы питаются, отказываясь от мясных и рыбных продуктов. Я знаю такие семьи. Но в таких семьях дети охотно и часто едят творог, яйца, орехи. Если все это разумно и родители понимают, что ребенку нужно из чего-то строить свой организм, в детском питании все равно присутствуют те продукты, которые для этого необходимы. Только на растительной пище на это рассчитывать не приходится.

    Или другой вариант: люди задумываются о правильном питании в возрасте тридцати пяти – сорока лет. Они отказываются от красного мяса и делают акцент на рыбу. Почему бы и нет? Рыба и белое мясо – хорошие продукты. Во всем хороша мера.

    – Иногда девушка обращается к вегетарианству, мечтая об идеальной фигуре…

    – Я не люблю говорить слово «худеют», потому что оно от слова «худо». И получается, что худеют, значит, болеют. Мы говорим о снижении веса, и если люди снижают вес в пользу разумного – это нормально.

    – Ирина Владимировна, сегодня мы стали значительно грамотнее…

    – А я вижу, что люди в наши дни стали очень сильно надеяться на всякие пилюльки. Сплошь и рядом. Они свели медицину и знания о состоянии собственного здоровья к очень четким и каким-то усредненным алгоритмам: цифра такая или цифра такая. Что-то в их организме немножко понижено или немножко повышено. И они как на машине-автомате то убавляют газ, то добавляют его. Они принимают препараты, то повышая некий показатель, то понижая его. И при этом совершенно не ориентируются на свое собственное самочувствие, на то, для чего этого понижения или повышения добивались.

    – То есть без анализа ситуации специалистами это непредсказуемое самолечение?

    – Я не об этом. Когда мы делаем какие-то исследования, важно помнить, что существуют правила подготовки перед их проведением. Мы можем видеть ряд показателей, которые в данный момент могут быть умерено повышенными или умеренно пониженными. Но это называется физиологической реакцией. Реакцией на какую-то стрессовую ситуацию, на то, что человек съел, попил, как спал, как двигался, чем занимался. И просто узнать показатель уровня витамина Д или цифру холестерина или кортизола, или гормона в организме – абсолютно неправильно.

    – Как правильно?

    – Нужно прежде всего прислушаться к самому себе. Важно понимание того, как чувствуешь себя в той или иной ситуации. А еще человеку всегда необходимы регулярный полноценный сон, здоровое питание, пусть и не пять раз в день основных приемов пищи. Пять раз – это уже тоже некая крайность. Потому что если эту рекомендацию по питанию получил работающий, ведущий активный образ жизни, ему это будет сложно выполнить. Необходимо давать рекомендации, которые будут выполнимы. Есть нормальное правило: завтрак, обед и ужин. Завтрак необходим, потому что утром просыпается наш организм. Отмена завтрака возможна только тогда, когда человек работает ночью и спит днем, когда от этого поменялись его биологические часы.

    – Иногда увлечение чем-то несказанно полезным привносится извне…

    – Помню, как лет десять назад у нас в стране было повальное увлечение селеном. Нам твердили, что всем на свете не хватает селена, ну просто караул. И тут же появилось большое количество пищевых добавок: без селена жизни нет.

    – Было, было…

    – Потом был бум в отношении магния.

    – Теперь мы все хотим принести из аптеки железо…

    – Железо, селитин, витамин Д. Практически каждый приходящий к врачу по своей инициативе делает исследования на уровень этих веществ. Но это некая манипуляция. За этим стоит выпуск определенных медицинских препаратов.

    Мы знаем, что два раза в неделю есть рыбу – это хорошо. Два часа на свежем воздухе – вообще отлично. Но нам говорят, что нужно обязательно выпить десять тысяч международных единиц витамина Д, и будет нам счастье. Но, во-первых, витамин Д больше, чем надо нашему организму, не усвоится. Организм возьмет столько, сколько необходимо.

    Во-вторых, никто не отменял простой свежий воздух и нахождение в светлое время суток на улице. Наверное, аптечная схема с применением витамина Д приемлема для того, кто постоянно встает, когда вокруг темно. Для тех, кто работает в подвале, кто никуда не выходит. Или не может есть масло, яйца или другие продукты, в которых этот витамин есть. Это касается тяжелобольных, пожилых, перенесших инсульт, инфаркт. У них действительно есть ярко выраженный дефицит витамина Д. Куда от этого денешься… Тут в схему лечения действительно должен включаться витамин Д, и не только он.

    – Фармакологическая промышленность не спит…

    – Она не спит. Выросли поколения, которые хотят все-все-все обследовать. Когда вижу, на какие суммы все эти анализы сдаются, получается, что считаю деньги в чужом кармане. А мне этого не хочется. Решил человек сдавать эти все анализы, пусть сдает. Но лучше бы ему перераспределить затраченные на это деньги на отдых. На общение с детьми, на какие-то радости жизни. В конце концов, на подарок кому-то. И от этого бы он тоже получил колоссальное удовольствие.

    – Но нам ведь хочется все знать и все регулировать…

    – В этом смысле элемент приобщения к вегетарианству – это те посты, которые есть в христианстве. Они тоже имеют регуляторный свой момент. У меня есть знакомые, которые по определенному календарю несколько раз в неделю проводят дни, когда их стол строится только на фруктах и овощах. И ничего плохого в этом нет. Это возможность освободить организм от лишнего. Ведь по большому счету мы белков и жиров переедаем по жизни немало.

    Из десятка тех, кто резко идет в веганство, в нем останется один или два. Потому что это люди, которые верят и пришли в эту культуру питания осознанно, почувствовали благо. А у тех восьми, кто начинает метаться, проблема другая. И она, скорее, в осознании себя, в отсутствии уверенности и самодостаточности. Это попытка объяснить себе некие неудачи и пробелы тем, что я, де, просто болею. Я часто вижу такие проявления неуверенности. Не получается что-то у человека, и он уходит в болезнь. Ему сразу трудно дышать, трудно глотать, все трудно. До таких достучаться очень тяжело.

    – Это о взрослых. А ребенок вынужден встраиваться в систему питания и образа жизни родителей.

    – Это вы говорите о тех семьях, где просто не покупают те или иные продукты. Тогда ребенок их и не может попробовать. Если он изолирован от своих сверстников в детском саду или в школе, невольно будет культивировать ту культуру поведения, в которой растет. Каким образом это скажется на нем, трудно сказать. Если ребенок относительно здоров, то он с этим как-нибудь справится. Если же у него есть предрасположенность к проблемам со здоровьем, у ослабленного организма есть риск получить вирусную инфекцию с последствиями. Тут важно, чем малыш дышит, насколько закален, активно ли двигается. Но в любом случае, когда мы говорим о росте организма, кроме углеводов обязательно нужна белковая пища. Словом, я за разумность, умеренность и активность. Ничего лучшего пока никто не придумал.

    Марта Тонова, газета «Площадь Свободы», mail-ps@mail.ru
    Оригинал статьи опубликован в газете «Площадь Свободы»
    Свидетельство о регистрации СМИ ПИ № ТУ 63 — 00766 от 21.01.2015

    ирина оловянишникова заведующая

    фото: «Площадь СВОБОДЫ»