В тольяттинском Музее актуального реализма (ул.Юбилейная, 25) открылась новая выставка «Частные коллекции». Свои богатства представили на широкое обозрение коллекционеры Тольятти и Самары.
У каждого из них был свой путь к созданию собственного мира искусства. Этим и интересна выставка, где представлены самые разные жанры. Хотя общей темы для участия в вернисаже заявлено не было, экспозиция стала неожиданно цельным пространством.
Вся эта, на первый взгляд, мешанина образов и стилей как нельзя точно представляет собой общий срез искусства двадцатого века. Ведь именно к тому периоду относятся практически все собранные работы.
Василий Воронской, известный коллекционер и меценат из Тольятти, в представлении не нуждается. Не так давно он выставлял свою коллекцию в художественном музее, на главной площадке города. Здесь, в МАР, есть и уже знакомые работы, и свежие для взгляда. У разных выставкомов, конечно, должны быть несколько разнящиеся предпочтения. А представить всё на одной площадке вряд ли возможно:
– У меня около полутора тысяч работ собрано за последние 12 лет…
Василий Васильевич признает, что его коллекция – самая крупная в городе, а может, и в области. Но как становятся коллекционерами и зачем? Сразу отвечу: только один из пяти участников вернисажа сам не был и не является художником. Это предприниматель Сергей Афанасьев. Один из коллекционеров, правда, на открытии не присутствовавший, Евгений Пашкевич, пояснил:
– У меня был выбор: пойти по стопам отца и стать художником, как это принято в семьях мэтров, или спасти мир от очередного графомана. Я решил спасать мир, тем более что конкуренция среди художников – мое почтение.
При этом коллекционеров в приветственном слове директор музея Ирина Яновская назвала странными людьми, а их увлечение – странным явлением. Хотя, чего только люди не коллекционируют. Почему бы и не картины?
– В наш век прагматизма, – считает Ирина Борисовна, – феномен коллекционирования – это особый вид творчества. Способ внесения в мир своих представлений о красоте, любви, справедливости. Любая коллекция выражает внутренний мир ее владельца. Мы всегда пытаемся понять, почему именно эти произведения привлекли коллекционера…
Но если бы в мире не существовало коллекционеров, не было бы музеев. За примером далеко ходить не надо: МАР тоже основан на частной коллекции предпринимателя Виталия Вавилина. Однако то, что находится в фондах музея, называют уже собранием. Виталий Владимирович разъяснил:
– Есть принципиальное различие между между теми, кто занимается коллекционированием и – созданием музейных собраний.
И рассказал, какой урок ему преподал маэстро Петр Оссовский, с чьих работ и начинался нынешний Музей актуального реализма:
– Это основатель «сурового стиля», и сам довольно суровый человек. Он мне указал на стопку работ и сказал: «Выбирай!» Но я ответил: «Мне это не надо. Мне нужно то, из чего можно сформировать музей. Во-первых, мне нужны не эти 5-7 работ, а 100. Во-вторых, мне нужны самые лучшие работы». «Ну, а в-третьих?» – уточнил Оссовский. «А в-третьих, мне они нужны даром…»
Вот после этого маэстро посмотрел с уважением и сказал: «Нет, ты не коллекционер. Ты – собиратель!»
Позднее маэстро Вавилин вышел на других авторов, чьи произведения сегодня составляют сердцевину собрания: Гелий Коржев, Андрей Тутунов, Виктор Иванов и другие.
– Коллекционер руководствуется лишь собственными эмоциями и предпочтениями. Музейщик не имеет права на такой подход. Есть художник, который мне не нравится, не отвечает моим воззрениям. Но он действительно большой мастер, представляющий собой эпоху, и он должен быть в собрании музея. Я приобретаю его работы. А коллекционер – нет. Ему важны личные предпочтения, мне – приоритеты многих. Каждый пришедший в музей должен найти в нем что-то близкое себе…
Впрочем, не вдаваясь в нюансы различий, следует признать огромную пользу коллекционеров как для общества, так и для художников. Они спасают от забвения, возможно, будущие мировые шедевры, а для художников обеспечивают канал реализации произведений – ведь сегодня не существует государственного заказа, как в советские времена.
Исторических примеров пользы частных собирателей приведено множество, как российских, так и зарубежных.
– О Третьяковке можно и не напоминать. Но вот еще пример: благодаря увлечению царской семьи коллекционированием существуют Русский музей и Эрмитаж. Самарский художественный музей основывался на коллекциях Головкина, Шихобаловых, Фон Вакано…
Можно еще упомянуть создателя «Луизианы» Кнуда Енсена или американского миллиардера Гуггенхайма. Но наши коллекционеры явно не так богаты. Только любой путь начинается с первого шага. Об этом шаге рассказывали участники вернисажа. Вячеслав Тишин начал:
– Я коллекционер и художник. У меня была большая выставка в вашем художественном музее. Коллекционирование для меня больше связано с продажей картин, я возглавляю компанию по реализации художественных произведений.
Началось всё с принтера, его попросил починить художник Владимир Терехин, известный куйбышевский нонконформист – так его стали с моей подачи называть музейщики. Он был другом моей семьи и предложил стать его арт-менеджером. С его работ и началась моя коллекция в 2014 году.
Сейчас в коллекции – авторы из Башкирии, Ростова, Казани. Но основой ее являются модернисты, продолжатели традиций импрессионизма, как Гораций Чернухин, которого называют самарским Ван-Гогом. Он прожил большую часть жизни в Узбекистане, где также много его работ в главном музее страны. Потом появились такие художники-новаторы, как Фрол Веселый, Оксана Стогова. Так мой модернистский трек воплотился в собрание художников, ныне живущих…
Прозвучал совет тем, кто хотел бы стать коллекционером:
– Многие думают, что нужны огромные деньги. Да, великие художники стоят дорого. Но современные тольяттинские, самарские молодые и малоизвестные авторы вполне финансово доступны…
Воронской был краток и огорошил признанием:
– Я до сих пор не знаю, что делаю и зачем. Наверное, когда на этот вопрос отвечу, закончу коллекционирование. Я занялся этим делом, когда решил снова заняться искусством (отельер по образованию, художник, – прим. авт.). Стал организовывать пленэры для художников из разных городов, начал с тех работ, что получал в подарок, покупал.
А потом решил погрузиться в коллекционирование современной живописи и так увлекся, будто погрузился в параллельный мир. Картины я выбираю интуитивно, по ощущаемым вибрациям. Нет вибраций – не мое…
Тем не менее, благодаря интуиции Воронской создал три коллекции: авангарда начала 20 века, «суровый стиль» и традиционный реализм середины 20 века и нонконформизм второй половины 20 века. В его коллекции присутствуют работы Андрея Тутунова, Татьяны Яблонской, Михаила Шемякина и других авторов исключительного музейного уровня.
Архитектор Вадим Артамонов представил наиболее значимую коллекцию из своего «АртАрхива». В ней около 150 работ малоизвестного тольяттинского художника Александра Горячкина. Почему именно этот автор, даже не упоминаемый в википедии, ведь у Артамонова собрано около 20 авторов Тольятти, Самары и остальной России?
– Я с ним познакомился, когда только приехал в Тольятти. Началась коллекция с этого маленького этюда, подаренного мне на день рождения в 1981 году. И уже более 40 лет я собираю коллекцию удивительного художника. Он живет и работает в 17-метровой однокомнатной квартире, где стоит великолепный дубовый мольберт, сделанный на заказ. Работ у него более 500, я большинство еще не видел – ими занято всё это скромное пространство. Я хотел бы открыть Горячкина для Тольятти и всей России. Ему 85 лет, он последние годы почти не видит. Разработал свою палитру, разложил по баночкам и пишет наощупь с помощью жены, подсказывающей цвет.
У Горячкина не было еще ни одной персональной выставки, хотя множество его работ куплены за границу. В экспозиции сложно воспринимать цветовую гамму его произведений, она кажется мрачной. Но Артамонов считает, что нужен очень хороший свет, и тогда все увидят непревзойденный колорит и сложные переходы оттенков.
– Эта живопись завораживает…
Сергей Афанасьев представил не одного, но тоже немного – всего двух художников.
– Непривычно, когда меня называют коллекционером, словно я собираю бабочек или гербарии. Я посещал выставки: в Манеже, на площадке театра оперы и балета в Самаре. И там, и там мне попались на глаза полотна ходожников, поразившие меня. Хотя имена не всех авторов я запомнил. Так начал приобретать – то, что впечатлило.
На эту выставку я не представил работы Комиссарова и Пурыгина, признанных куйбышевских мастеров, они есть во многих коллекциях. Покопался и нашел двух самых малоизвестных художников. Сергей Вакуленко в 90-е годы уехал в Прагу, где живет и творит, участвует в аукционах. Здесь его ранние работы 80-х годов в декоративном стиле. Судьба второго художника более трагична, он прожил недолго и создал всего 15-20 работ. Пять из них представлены здесь, причем одна из них, без названия, мной воспринимается как предвестница гибели…
Три работы Александра Горобца Афанасьев приобрел у художника Владимира Терехина, а еще две разыскал… интернет-сервисе бесплатных объявлений. Необычные, яркие и геометричные работы Вакуленко раннего периода тоже оказались в коллекции волей случая:
– Это была покупка по настроению, буквально увидел на блошином рынке, понравилось, и приобрел сразу всё, что находилось у продавца…
Вот вам и вывод: чтобы стать коллекционером, миллионы не нужны. Внимание, чувство прекрасного, интуиция, вибрации пресловутые. Но это все-таки совет далеко не для всех…
Надежда Бикулова, газета «Вольный город Тольятти»