Бездушное образование

Образование в России всегда являлось сферой, где постоянно что-то меняли. Вот и новая министр образования круто взялась за перемены, многое заимствуя из советской системы. Теперь предстоит проверка учителей на знание русского языка и математики. Оно и правильно, ибо качественно уровень педагогов за постсоветский период упал ниже некуда.

Еще одна проблема, которую нам подарил капитализм: сословная направленность образования – почти так, как это было в царской России. Со мной могут поспорить, дескать, ЕГЭ дал возможность всем и каждому поступать куда угодно. Но с реальностью-то не поспоришь: появляются элитные школы, туда из бедных семей попасть непросто, недоступны малоимущим дорогие репетиторы, натаскивающие на высокие баллы. А как жить безденежному студенту в столицах? И главное – посмотрите, кто оказывается на высоких должностях государственной службы: там только отпрыски, они же главенствуют в большом бизнесе с юных лет. Нас уже не удивляет выражение «золотая молодежь». То, что считалось в СССР позорным заявлять официально (хотя, понятно, и там были свои привилегии в последние годы), сегодня является положительным и правильным.

В Великой Отечественной войне все сыновья членов Политбюро ушли на фронт, все до единого, и иначе быть не могло. Теперь даже в армию не ходят отпрыски соответствующих сословий. Понятно, что официально никто не заявляет о таких вещах, но внутри правящей верхушки проскальзывает мнение: для того, чтобы управлять людьми, надо ограничивать получение ими знаний, суживать круг развития личностей. Это полностью противоположно идее советской школы о всестороннем развитии человека. Это и есть главное, что отличает современную образовательную политику от той, что была в Советском Союзе: нынешняя цель – подчинение большинства особой касте, высшему кругу, богатым и избранным.

Маркс считал свойством зрелого разума самостоятельность суждений, способность сомневаться, широту знаний. Поклонник основателя марксизма Герберт Уэллс такой подход выразил в своем романе «Когда спящий проснется», в котором герой из прошлого спрашивает людей будущего:

– А где ваше правительство?

На что ему отвечают:

– Наше образование – наше правительство.

Вот она, двойная утопия: первая – в том, что это возможно; вторая – что если во главе встанут образованные, то мир изменится к лучшему. К образованию неизменно требуется нравственность, а вот с этим у нас всегда было непросто. Сегодня – еще хуже, поскольку каждый сам за себя.

Сухомлинские не требуются. Учитель года оценивается по преподаванию предмета. День знаний установили в 1984 году, и главным атрибутом его стала обязательная торжественная линейка в школах, потом – что-то вроде урока мира. 80-е годы были временем показухи, и нынешних организаторов она вполне удовлетворяет. Кажется, это единственный советский праздник, оставшийся в неизменном виде. На линейку приходят депутаты, прочие официальные лица, толкают речи. Такая парадность всех устраивает, оттого День знаний оставили и в бывших республиках СССР, даже на Украине, где, казалось бы, всё советское отменили. И неудивительно: когда еще, в другой день, тот же Порошенко мог бы сказать про нехорошую Россию, про русских оккупантов, про мощное непобедимое оружие Украины? И неважно, что был он в это время в подпитии.

Интересно, о чём говорят наши политики в День знаний? Понятия не имею, но почему-то уверен, что детям эти сведения не пригодятся, да и не нужны вовсе. Кажется, Юлий Цезарь сказал:

– Знание – сила.

Поэтому мне больше нравится, как назвали 1 сентября в Армении: «День знаний, письменности и литературы». Вот уже совсем близко к содержанию.

Сергей Дьячков, социолог, почетный гражданин Тольятти, член Союза российских писателей.
Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 34 (1162) 01.09.17
Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

пустой класс

фото: www.yerkramas.org

 

фото: из открытых источников