Вопрос занятости сегодня как никогда актуален для тольяттинцев

В том, что работа – волк, я убедилась на собственном примере.

Вопрос занятости сегодня как никогда актуален для тольяттинцев. Горожане митингуют на площади из-за задержанной зарплаты, некоторые трудятся только четыре дня в неделю, многих в связи с тотальной оптимизацией расходов и вовсе сократили с предприятий. Я тоже из-за кризисных обстоятельств оказалась не у дел и, желая поскорее избавиться от унылого статуса безработной, рассказала о своей проблеме всем, кому можно: родственникам, друзьям, знакомым. Добрые люди откликнулись, посочувствовали, пообещали помочь с трудоустройством. Я же стала изучать бесплатные газеты. Почтовый ящик от них всегда пухнет. А чего сидеть и ждать у моря погоды?! Проверю-ка на себе, можно ли найти работу по объявлению. После трех звонков поняла: работа (точнее – потенциальный работодатель!) – самый настоящий волк, готовый бежать в лес, как только слышал мой возраст.

– Сколько-сколько вам лет? 48? Нет, вы нам не подходите! – грозно рычали в трубку.

– Простите, я же звоню по поводу вакансии диспетчера. Объясните, пожалуйста, при чем в данном случае возраст – это же не модельный бизнес. И кто сказал, что в цветущие 20 лет по телефону будут разговаривать вежливее, чем я в свои «утомленные солнцем» 48?

Ответом стали короткие гудки. Тогда ради встречи с вожделенным работодателем я решилась-таки на некоторую хитрость. Стала говорить, что мне 40 «с хвостиком». Все равно по телефону никто не разглядит длину этого самого хвостика. При встрече решила располагать работодателя улыбкой и доброжелательностью. Ни для кого не секрет: нас воспринимают так, как мы сами себя ощущаем. В общем, переговоры перешли в более оптимистичное русло, меня стали приглашать на собеседования.

Позвонила, например, по поводу должности торгового представителя с зарплатой 30 тысяч в месяц. Меня спросили об образовании, последнем месте работы, причине увольнения. Я в свою очередь поинтересовалась товаром, который надо продавать.

– Разный, – ответили и пояснили: канцтовары, игрушки, сувенирная продукция.

– Наверное, машина обязательна?

– Нет, у нас и без личного транспорта люди работают.

Приехала в офис, заполнила анкету, в которой было вопросов сорок. Будто в отряд космонавтов соискателей собрались зачислять. Так или иначе, но анкета моя директору понравилась. После ее прочтения босс подвел ко мне молодого человека лет 20. Сказал, что зовут парня Антоном и будет он моим наставником. Опыт у Антона большой, целый год в фирме отработал. После напутствия наставник взял в руки два клетчатых баула с товаром. Каким именно, показывать не стал. Мол, совсем скоро увидишь. Я же, узрев клетку на сумках, сразу вспомнила про челноков. Ну, тех самых, которые лет 20 назад наводнили страну дешевым импортным ширпотребом. Тут же в памяти всплыли финансовые пирамиды, сетевой маркетинг, лохотроны и прочие «прелести» лихих 90-х.

Недаром сердце екнуло. Антон и другие торговые представители фирмы «Престиж» продавали какие-то календарики с кошками, китайские пластмассовые массажеры, детские машинки, а также смешные свечки на батарейках: хлопнешь в ладоши, и свечка загорится, еще раз хлопнешь – гаснет. В «Парк Хаусе», куда минут через 20 мы с Антоном приехали на маршрутке, я даже видела людей, которые эту ерунду с удовольствием покупали за 150-350 рублей. Чаще, правда, народ отмахивался, некоторые злились. Сколько же тонн этой дешевой пластмассы надо продать, чтобы заработать обещанные в объявлении 30 тысяч? На этот вопрос Антон не ответил, зато стал рассказывать мне про стрессоустойчивость. Без нее, мол, никакого успеха в бизнесе не видать. Я спорить не стала и распрощалась с наставником из «Престижа».

Еще одно объявление приглашало стать консультантом по уходу за волосами. Позвонила, мне пообещали обучение за счет компании. Вопрос, как именно называется косметика, почему-то остался без ответа. Зато по телефону заверили:

– Ничего страшного, что сегодня вы филолог. Неделю за партой посидите, потом – экзамен. Станете косметологом! Но до обучения мы вас только после собеседования допустим. В качестве косметики не сомневайтесь. Мы уже второй год работаем в городе и третий салон открываем.

– Насчет зарплаты хочу уточнить. В объявлении сказано: от 20000 в месяц. Наверное, я должна буду косметику распространять, потенциальных клиентов искать?

– 20000 – это оклад, плюс бонусы. Но поиск клиентов – не ваша забота. Вы будете работать помощницей косметолога. Приезжайте на собеседование.

Приехала на следующий день. Ни вывески при входе в салон с якобы известной косметикой, ни одного рекламного плаката внутри офиса. Зато перед собеседованием опять дали подробную анкету. «Не к добру, – повторно екнуло сердце. – Очередная мышеловка и развод». Секретарь отнесла анкету в кабинет, и через некоторое время я в этот же кабинет вошла.
Милая девушка с бейджиком «Екатерина» начала переспрашивать:

– Ваше образование, последнее место работы, причина увольнения.

– Простите, но в анкете же все указано…

– У вас такой неразборчивый почерк. А почему вы нервничаете?

– Потому что я сообщила вам все, начиная от адреса и номера сотового телефона, заканчивая причиной увольнения с последнего места работы. А вот вы почему-то не говорите, с какой косметикой работаете. Это тайна?

Ответ Екатерины подтвердил мои худшие опасения. Название принадлежало скандально известной косметической компании. В Интернете регулярно разгораются жаркие дискуссии о качестве этой косметики. К ее «впариванию», как я убедилась, привлекаются люди с улицы. Ведь никакие недельные курсы, конечно же, не сделают из меня, филолога или, например, из бывшей продавщицы салона сотовой связи или уборщицы «консультанта по красоте». Очередная фикция и охмуреж!

Не обманули только с вакансией «фасовщица яиц». Гор золотых не обещали. По телефону сразу высказали главные пожелания: молодая, здоровая, выносливая, так как придется передвигать ящики весом по 25 килограммов. Чтобы получить полное представление о процессе, приехала на склад. Нашла его не сразу, пришлось минут 30 поплутать между гаражами на улице Новозаводской, а потом пройти через весь Тупиковый проезд. Название говорит само за себя, проезд находится у черта на рогах. Ни одного прохожего не встретила, только стаи бродячих псов периодически меня облаивали.

В помещении склада кипела работа. Пришла огромная фура, вокруг которой суетились грузчики и женщина с документами. Я обратилась к ней как к руководителю:

– Меня интересуют организационные вопросы: на чем сюда можно добраться? Во сколько начинается рабочий день, существуют ли какие-то нормы выработки?

Собеседница, похоже, абсолютно не была расположена к беседе. Ответила, как отрезала:

– А меня интересует, сколько вам лет? Что-то вы слишком много вопросов задаете. Мне некогда, пусть с вами Наталья Юрьевна беседует.

Как следовало из рассказа Натальи Юрьевны, на складе не забалуешь. На работу девушек возят «газелью», трудятся они с семи утра до четырех вечера. Суббота рабочая. Фасовщицы перекладывают яйца из кассет в упаковки по 10 штук. Потом упаковки складывают в большие коробки. В одной коробке 35 упаковок. Одна коробка с 35 упаковками стоит 10 рублей. Норма – 40 коробок в день. То есть фасовщица минимально зарабатывает 400 рублей в день. Есть девушки, которые зарабатывают и 1000 рублей. Видела я этих девушек – их руки мелькали так, что в глазах зарябило, голова закружилась. Яйца фасовать, получается, ничуть не легче, чем кирпичи укладывать…

Совсем другое дело – консумация, интересная работа в элитном ресторане. Да-да, нашлось в бесплатной газете и такое не совсем обычное для нашего города предложение, затесавшееся почему-то в рубрике «Уборщицы, дворники». Зная, что консумация – это общение с посетителем бара или ресторана с целью раскрутить его на покупку спиртного, я поехала на встречу с потенциальным работодателем Сергеем. Он посвятил в хитрости процесса:

– Девушка знакомится с гостем ресторана и выбирает для себя (за его счет, конечно!) дорогой алкогольный коктейль, скажем, рублей за 600. Бармен предупрежден заранее, поэтому наливает консумантке сок, компот, лимонад, то есть дешевые безвредные напитки. Если мужчина не возражает, девушка повторно заказывает коктейль. От каждого проданного коктейля консумантка имеет свой процент.

– А мужчина при этом пьет спиртное. Как быть, если в какой-то момент он начинает приставать к консумантке? Так сказать, в порядке компенсации за коктейли?

– Здесь есть охрана, которая следит за порядком. Насильно девушку никто никуда не потащит. Хотя, конечно, как и в любом ресторане, отдельные кабинеты для приватного общения у нас существуют. Консумантки нужны для массовки, особенно посреди недели. Пришел гость, а в зале девушки. Мужчина незамедлительно получает и сто пятьдесят, и лимон, и собеседницу, которая выслушивает, между рюмками подает нужные реплики. А за отзывчивость надо платить.

Логику Сергея я поняла: бизнес, ничего личного. Не пойду я ни в какие консумантки. И ни на какие собеседования по объявлениям из бесплатной газеты больше не поеду. Чтобы понять, что яйцо тухлое, не надо его съедать до конца.

Интересно:

Портал по поиску работы и персонала HeadHunter в ходе опроса соискателей выяснил, что жителям Тольятти больше всего нравится, когда при приеме на работу с ними проводят собеседование, тестирование или проверяют рекомендации. Эти методы оценки вполне устраивают 66% соискателей. А вот тесты на IQ нравятся только трети кандидатов, и для каждого второго неприемлемый метод оценки – стрессовое интервью.

человек ищет работу

фото “P.S.”

Олеся Ангелина, “Площадь Свободы”

фото: из открытых источников