В России должен быть век культуры

Сегодня наш собеседник — Ирина Михайловна Портнова, единственный в городе театровед, около 20 лет проработавшая в театре «Колесо» — с момента его образования в Тольятти, ныне — обозреватель областного издания «Свежая газета. Культура». Мы попросили Ирину Михайловну поделиться впечатлениями об уходящем Годе культуры, в данном случае — театральными впечатлениями 2014 года.

— Все названия очень условны. Этот год назван Годом культуры, но в лучшем случае я бы назвала его Годом Крыма и подъемом патриотического духа, в худшем — Годом Украины и введения санкций. Я против всяких определений и названий, потому что у нас, в России, должен быть не год культуры, а век культуры. Особенно после 90-х годов, когда по ней так хорошо проехались, что нужна масса времени и средств, чтобы восстановить культуру. Помнишь рубрику к «Литературке»: «Если бы директором был я…»? Так вот, если бы директором была я, то отделила бы услуги от культуры, а культуру от искусства.

Мы же не говорим, что автор Булгаков написал произведение культуры, он написал произведение искусства. А вот библиотека, в которой лежит книга Булгакова, это уже культурная организация, она оказывает услуги. Но ведь услуги оказывает и сантехник. Тут бы нам нужна была более сложная дифференциация, но у нас все — услуги, культуру и искусство — пытаются свести к одному. Это совсем не радует.

Совсем недавно Минкульт России захотел ввести такую потеху — шкалу оценок зрителей по пятибалльной шкале для театров. Ну вот из чего исходя зрители будут определять ценность того или иного спектакля? И какие зрители? Школьники-пятиклассники? Или чиновники? Бред, от которого пока нас пытается спасти Союз театральных деятелей России. Здание театра — это культурное помещение, а то, что происходит на сцене, — это произведение искусства. И его ценность должна определяться в первую очередь специалистами.

— А как театральное искусство развивалось в Тольятти в сей знаменательный год?

— Я посчитала, что в театрах и филармонии побывала за год около тридцати раз. Мне кажется, что год был примечателен повышением зарплаты труженикам культуры, хотя это можно было сделать и раньше. Но теперь во всю ширь стоит проблема оптимизации, чтобы сэкономить средства. В Тюмени вот уже пошли на эксперимент: объединили кукольный театр, филармонию и Дом культуры — одна дирекция, одна бухгалтерия, одна уборщица… Не думаю, что это будет хорошо.

Из знаковых событий я бы отметила появление детского мюзикла «Том Сойер» в филармонии, где были заняты дети. Это было замечательно и неожиданно. И дети искренне играли, и музыка хорошая, и материал добротный.

— Если бы вы оценивали городские театры по пятибалльной системе, какие были бы оценки?

— Я против каких-либо оценок театрам, но поскольку я все-таки зритель профессиональный, то считаю, что театр кукол в нашем городе находится в самом незавидном положении. Недавно в Ульяновске вышел спектакль «Умка» в постановке Алексея Уставщикова и в великолепном оформлении Насти Кардаш, я его видела в записи и до сих пор прибываю в изумлении — до чего же это хорошо. А ведь пару лет назад наш город отказался от услуг этих мастеров: они, видишь ли, не пришлись ко двору в нашем театре кукол. Не нужны там талантливые люди. Зато, как говорят некоторые, теперь в театре все тихо и спокойно, коллектив живет дружно. Но ведь этот коллектив для чего-то существует? Он ведь не для дружбы и любви собирался, а для того, чтобы ставить интересные спектакли, учить детей понимать искусство, развивать. Хорошо, когда коллектив дружный, но должно быть что-то определяющее… Мне кажется, что сейчас «Пилигрим» намного отстал от других театров кукол.

— С «Пилигримом» ситуация известная и, увы, печальная. А как с другими театрами города?

— Наиболее успешно прошел этот сезон у театра «Дилижанс». Там люди скромные, никогда не выпячиваются, и когда говоришь, что там все прекрасно, все приятно удивляются. Я посмотрела почти все спектакли ТЮЗа. «Превращение» по Кафке собрало очень богатую жатву. Театр взял почти все призы на «Самарской музе» вместе с театром «СамаАрт». Спектакль был показан в Москве в Немецком доме. К столетию Союза театральных деятелей в столичном Доме актера имени Яблочкиной была неделя самарских театров, от Тольятти там был только «Дилижанс» со спектаклем «Превращение», который имел большой успех у самой взыскательной публики.
Затем прогремел спектакль «Слуга двух господ», который получил Гран-при на фестивале малых городов России. А Петр Зубарев из «Дилижанса» был признан лучшим актером фестиваля. Это большая победа. Правда, потом был «Герой нашего времени» по Лермонтову, и тут мое личное мнение: когда ты делаешь рагу из зайца, по крайней мере, в нем должен быть заяц. В «Герое…» должен быть Печорин, я его там не нашла. Но это мое личное мнение. Повторюсь, театр — живой организм, сегодня успех, а завтра — неудача. Но из этого и состоит жизнь театра: он должен искать, рисковать, ошибаться, возвращаться назад и идти вперед.

В «Дилижансе» это движение есть. Что еще в «Дилижансе» радует — это стремление развиваться. Вся труппа сосредоточена на одном — на искусстве; когда глядишь на них, то понимаешь, что это люди одной крови. То, что раньше было в «Колесе», — когда там работали люди одной школы, которые понимали и любили друг друга.
В Молодежном драматическом театре, на мой взгляд, сложилась сложная ситуация. Владимир Коренной — хороший директор, он сделал замечательный ремонт зрительного зала с пониманием, что это не зал обычного ДК, а театральный зал. Он старательно собирал актеров и режиссеров, но ситуация в «Колесе», куда перешел режиссер Хрущев и некоторые актеры, немного расстроила эту «коллекцию». Получилось, что за счет одного театра выкачивают соки для другого, хотя зрителям, конечно, все равно, где играют актеры: здесь или на параллельной улице. И Владимиру Лукичу сейчас приходится все начинать по новой.

В МДТ в этом сезоне мне понравилось проведение Лаборатории современной драматургии — выездного семинара совместно с Театром Наций. Практически за неделю были сделаны заготовки трех спектаклей, и зрители сами определяли, что они хотят видеть на сцене МДТ. Это было очень интересно, насыщенно, там шли занятия по сцендвижению, по сценречи. Это для МДТ и города яркое пятно, хотя связано ли это с Годом культуры, я не знаю.

В МДТ я посмотрела четыре спектакля: «У Ковчега, в 8», «Мишель», «Лайф-лайф», «Чудеса пренебрежения», и если последний вызывает у меня немало вопросов, то «У Ковчега, в 8» порадовал. Чем? Тем, что взяли пьесу для детей не в жанре «сю-сю», а поднимающую серьезные религиозные темы, пусть и в игровой форме. «Мишель» — тоже достойный спектакль, хотя, если по правде, он не совсем четкий. Но мне кажется, что все эти проблемы и непонятки возникли потому, что МДТ не дают накопить жирок. Только театр выйдет на новую ступеньку, только рванет, так тут же у него уводят часть коллектива.

Ну и наш «флагман» — драматический театр «Колесо». Там выдвинули на «Самарскую музу» спектакль «Визит дамы», и это справедливо, поскольку другие — «Скамейка», «Сон в летнюю ночь», «Священные чудовища» — очень спорны. С моей точки зрения, именно «Визит…» — наиболее профессиональная работа «Колеса».

— Ирина Михайловна, то есть «Колесо» у нас теперь в середнячках? А вас в предвзятости не обвинят, вы ведь служили там с первого дня, а потом по известным причинам ушли.

— «Колесо», на мой взгляд, испытывает те же проблемы, что и МДТ: труппа обновилась наполовину, а сращивание в единый коллектив — процесс долгий и терпеливый. «Колесо» был первым контрактным театром и коллективом единомышленников: практически всю труппу составляли ученики Дроздова. Когда туда пришли супруги Логутенко, они отработали год, прежде чем услышали от Дроздова: «Вы остаетесь, вы вписались в коллектив, вы нравитесь зрителям». Когда же в коллектив приходят 15-20 человек из разных мест, с разной биографией, с разным представлением, что такое театр, то все это перемесить в одно тесто очень сложно. Поэтому пока в «Колесе» мы наблюдаем болезни роста. А что касается предвзятости… Мне как-то одна из актрис «Колеса» сказала: вот вы выбрали себе кумира — Дроздова, вы на него молитесь и на других не смотрите. Мы не молимся. Я проработала с Глебом Борисовичем около 30 лет и знаю, как говорит Жванецкий, что в биографии каждого великого человека есть немало текста, написанного мелким шрифтом. Но при всем этом Дроздов был замечательным режиссером, взявшим ранний старт. И моя оценка идет оттуда. Вот Виктор Мартынов из «Дилижанса» у меня вызывает уважение тем, что держит молодежный коллектив, не пытается играть в поддавки, спокойно делает то, что должно делать. С Дроздовым я привыкла к яркой насыщенной работе, поэтому, может быть, не могу воспринимать середнячков и требования у меня несколько завышены. Конечно, у него тоже были и неудачи, но провалов — никогда. У меня нет предвзятости, у меня просто отсчет идет от Дроздова, может, это и неправильно. Но 30 лет общения с яркой талантливой личностью никуда не денешь.

Кроме этого, в период Дроздова были отличные спектакли, но была и критика, иногда и резкая. Сейчас же откроем тольяттинскую прессу — сплошной восторг по любому поводу. Но этот всеобщий восторг не дает никакого повода для развития. Поэтому объективная критика нужна, хотя бы для того, чтобы подтолкнуть театр к движению вперед, чтобы застоя не было.

В прошлом году родился театр-студия имени Татищева на базе актерского факультета Волжского университета. В своей первый сезон он блеснул спектаклем по Чехову «Она и Он», в нынешнем открылся премьерой по пьесе Коляды «Курица», которую поставила народная артистка России Наталья Дроздова. Что греха таить, зачастую на сцене наших театров актеры просто произносят текст, но вот «Курица» порадовала четко выстроенными отношениями персонажей. Этим спектаклем Наталья Степановна меня очень удивила как режиссер.

— Ну мы пожелаем всем творческим коллективам дальнейшего движения вперед и процветания…

— Мы можем пожелать что угодно. Но в конечном счете все будет зависеть от таланта, старания и удачи…

Ирина Портнова

фото: “Площадь Свободы”

Галина Плотникова, газета “Площадь Свободы”

фото: из открытых источников