Настойчивость, с которой наш читатель ведет борьбу с фондом капремонта, достойна уважения.

Несмотря на почтенный возраст и проблемы со здоровьем, он продолжает писать жалобы в разные инстанции, правда, 90 процентов ответов на них являются банальными отписками, а зачастую их вообще можно трактовать как издевательство над здравым смыслом.

– Алло, «Вольный город»? Это Кивилевич. Как-то вы про капремонт пессимистично написали в прошлый раз.

– Здравствуйте, Борис Кивович, – отвечаю нашему постоянному читателю и эксперту в области ЖКХ. – Вы же сами понимаете, народ пенями наказывают, на прокуратуру и суды надежд нет…

– Заезжайте! Есть мысли по этому поводу. Надо поддержать людей, у которых чувство собственного достоинства пока еще преобладает над боязнью прослыть неплательщиком.

Отказать Кивилевичу во встрече мы, конечно, не могли, тем более что не так много осталось в городе людей, не смирившихся с антинародной (если судить по принципам ее реализации) программой капремонта.

– Вы посмотрите, что происходит, – сказал взволнованный Кивилевич, едва я переступил порог квартиры. – Пенсионеров довели до паники с этими пенями. Люди побежали в МФЦ (там фонд капремонта открыл справочные пункты, – прим. авт.) и в очереди по двое суток стоят, чтобы разъяснения получить. Записываются на листочке, потом приходят – отмечаются… Уму непостижимо! Начислили пени даже тем, у кого вообще нет задолженности.

Утвердительно кивнув, говорю собеседнику о том, что сама идея выставлять пени за неоказанную услугу противоречит здравому смыслу.

– Что ж, теперь давайте по существу, – продолжил Борис Кивович, доставая папку с документами.

– Как вы помните, 12 апреля вышло постановление Конституционного суда по делу о проверке положений статей 169, 170 и 179 Жилищного кодекса. Так вот, за это время ни один пункт постановления так и не был выполнен.

– Вы про обязанность мэрии провести капремонт перед тем, как жилье приватизируется?

– Не только. Согласно части 6 статьи 170 обязанность по своевременному созыву общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме по поводу определения способа формирования фонда капремонта закреплена за органом местного самоуправления.

Однако наша мэрия этот пункт проигнорировала, тем самым лишив собственников возможности выбора. Вот что по этому поводу написано в постановлении Конституционного суда: «Неисполнение органом местного самоуправления этой обязанности создавало бы препятствия для осуществления собственниками помещений способов формирования фонда и тем самым приводило бы к ограничению права собственности». Возникает вопрос: почему бездействие нашей мэрии так и осталось безнаказанным?

Кивилевич быстро пролистывал страницы в своей папке, где у него были подчеркнуты некоторые абзацы.

– Вот еще важнейший момент, – сказал он. – Правительство Самарской области установило минимальный размер взноса за капремонт в соответствии с методическими рекомендациями Министерства экономического развития России (приказ № 228 от 10 июля 2013-го). Однако 14 ноября того же года этот приказ был отменен Министерством регионального развития.

Самое интересное, что постановление областного правительства об установлении суммы минимального взноса вышло через неделю после отмены этого приказа, то есть мы можем говорить о том, что деньги с нас берут в соответствии с неверными расчетами. Суды по обращениям фонда капремонта также вводятся в заблуждение этими расчетами, вынося решения, обязывающие граждан платить эти незаконные взносы.

Сделав небольшую паузу, Борис Кивович спросил:

– Вы знаете, сколько нужно денег для того, чтобы капитально отремонтировать в Тольятти все дома?

И, не дожидаясь ответа, продолжил:

– Согласно постановлению мэрии от 30 декабря 2013 года № 4116/1, для обеспечения 100-процентного финансирования программы капремонта нужно 6,5 миллиарда рублей (в одном из других источников фигурировали 8,6 миллиарда, – прим. авт.), а соберут с нас за тридцать лет около 34 миллиардов. Куда пойдут эти «лишние» деньги? Можно лишь догадываться. В этой ситуации необходимо срочно отменить взносы за капремонт, установленные по отмененным методическим рекомендациям, и рассчитать их новый размер.

В процессе разговора коснулись еще одной интересной темы. Квитанции на оплату капремонта мы получаем с осени 2014-го, а закон, отменивший необходимость заключения договоров с региональным оператором, был подписан 29 июня 2015-го. Так как быть с этим периодом (девять месяцев), предшествовавшим принятию закона? Если, опять же, основываться на здравом смысле, то никаких пеней за него выставляться не должно, поскольку люди вполне обоснованно не платили взносы, начисляемые без заключения договоров, которые на тот момент еще никто не отменял.

– А какой должна быть реальная сумма взносов, чтобы хватило на все дома Тольятти? – спрашиваю у Кивилевича.

– Максимум два рубля за квадратный метр. А они мало того, что изначально в три-четыре раза больше сделали, так еще и увеличили прошлым летом. Видимо, подросшим «детям Чубайса» очень денег не хватает. Кризис все-таки!

А вообще, я считаю, что взносы за капремонт должны устанавливаться по муниципальным образованиям, поскольку капремонт многоквартирных домов со сроком эксплуатации не более 60 лет (как в Тольятти) и более 100 лет (как, например, в Самаре) различен. Кроме того, возникает вопрос: почему в одном доме стоимость капремонта – 8 миллионов рублей, в другом – 2 миллиона, а платят собственники одинаково? Где здравый смысл?

Собеседник показал мне свою сентябрьскую квитанцию за капремонт, в которой значился долг в 7 637 рублей (в том числе 946 рублей – пени).

– За что я должен платить? – возмутился он. – Посмотрите, что происходит у нас на Ушакова, 46…

Крышу разобрали, работают без согласования, без проекта. Мы дважды полицию вызывали, чтобы работников сняли с крыши, ведь всё делается без учета мнения собственников. Вот поэтому я и хочу в очередной раз обратить внимание горожан на все нестыковки, возникающие в связи с необходимостью уплаты взносов. Получается, что главное в программе капремонта – сбор средств, причем любыми способами.

А еще ведь хотят с мусором затеять подобное, а именно – создать регионального оператора, который будет собирать с собственников деньги. Знаете, зачем это делается? Вот, предположим, есть сто человек, каждый из которых вносит по 100 рублей.

Нажиться в такой ситуации крайне сложно, однако если взять деньги, собранные с тысячи человек, то вполне возможно урвать лакомый кусочек. Темная сторона «общего котла» именно в этом и заключается.

Илья Просекин, «Вольный город», № 43 (1120) 03.11.16

деньги квитанция за квартиру

фото: nevnov.ru

фото: из открытых источников