Танцовщица Светлана Савельева считает, что фламенко — не танец, а группа крови.

Танцовщица московского коллектива Almas del Fuego и преподаватель студии Andaluсia Светлана Савельева стала на тольяттинском фестивале «Фламенко над Волгой» центром притяжения всего фестивального люда. Возможно, это ее имя примагнитило тех, кто летел сюда из Иркутска и Красноярска, Барнаула и Питера, добирался из самых дальних городов страны, чтобы познакомиться с ней, чтобы учиться у нее танцевать. В финальные дни июля Тольятти принял по масштабу и факту фестиваль, который показал свою огромную притягательность, невзирая на отсутствие официального российского статуса.

Не танец

Они приходили на ее мастер-классы, чтобы показать свой собственный фламенко и посмотреть, как танцует свою испанскую историю эта маленькая русская женщина. Хотя Светлана точно знает: «Фламенко — это не танец. Это группа крови. Фламенко — это я. Настоящая я, какой я бываю только в нем». Ей можно верить. Ведь когда-то, в свои девятнадцать лет, она впервые увидела людей, танцующих что-то удивительное, очень красивое и, наверное, испанское. И это «что-то» всерьез изменило, просто перевернуло всю ее жизнь.

А танцевала она всегда. С детства. Была живым, подвижным ребенком, и представить ее вне танца было просто невозможно. Балет, фольклор, бальная хореография… Но танцы танцами, а после окончания школы Светлана видела себя крутым экономистом. Она и поступила в университет на экономический, чтобы получить эту актуальную специальность. «Хотела ворочать большими деньгами», — смеется Светлана. Но подружка, однажды побывавшая в Испании в роли простой российской туристки, рассказала ей о фламенко. И Светлана загорелась новой мечтой. Экономика экономикой, а разыскать в Москве учителя фламенко для нее в тот момент стало необходимостью первой степени. Поиски шли практически на пустом поле. Фламенко тогда в России еще практически не танцевали.

Не фламенко

И вот оно — объявление на случайной стене. Наконец-то нашли. Та первая московская студия стала для нее первым шагом к самой большой любви. Там, в студии, ее поддержали, заметили, оценили и позволили искать свой собственный танец. Но когда однажды Светлана увидела кассету с легендарным испанцем, звездой фламенко Хоакином Кортесом и с ума сошла от восторга от его шоу, ей пришлось протрезветь и признаться себе, что все, чем она занималась в этой студии до той поры, было слишком далеко от фламенко. Так она поняла, что нужно ехать в Испанию и пытаться искать учителей на той солнечной территории. В России таких на тот момент просто не было.

Не испанец

Тренер, которого отыскали в Барселоне две двадцатилетние подружки-россиянки, оказался… англичанином. Но именно он научил ее нескольким важным вещам. Во-первых, тому, что фламенко бывает очень разным. И тому, что это ее, Светланин, путь к себе. Это теперь, с высоты своего человеческого и хореографического опыта, она говорит: «Языком фламенко я могу рассказать о себе все. Рассказать о том, что я чувствую в этот момент, о чем мечтаю. О любви, о предательстве, о жизни, о боли».

А тогда испанскому чуду ее учил выходец из холодного Лондона. Для знакомства он попросил ее станцевать. И она показала ему танец, который сочинила в своей студии сама. Он задумался и спросил: «Почему ты считаешь, что это драматический фламенко?» И дал ей понять, что в драме тоже случается минор, которого может не заметить новичок. Теперь иногда она тоже говорит своим ученикам, что они слишком слепо идут вслед за ритмом, оставляя в стороне слова и смыслы. И тогда на волне мажорного ритма гитары они упускают тонкий внутренний нерв, оставляя смысл песни в стороне. Ведь фламенко — это не только движение, это стихи, голос, это внутренняя наполненность и драматургия.

Англичанин приблизил ее к пониманию фламенко, о котором можно рассказывать столько, сколько лет и зим существует это искусство. Существует уже по всей планете. И в России тоже. А тогда ее первый учитель в Испании поставил ей два танца, научил ее двум жанрам, которые стали ее настоящим, пусть для начала и очень маленьким багажом, с которым уже можно было идти в сторону своей главной любви более уверенным шагом.

Не любовь

Потом, в Москве, она училась у известной танцовщицы родом из Испании. Света помнит, как в той школе, куда она попала благодаря кассете со своим первым самостоятельным танцем, ей устроили такой серьезный кастинг, что его выдержали бы немногие. Ее оценили и... попросили научить танцам, которые поставил тот английский тренер.

Новый коллектив танцевал испанскую этнику. Красивую, роскошную, которую сегодня во многом не сберегли даже в Испании. Но ее потрясающая учительница-испанка любила фольклор и не любила… фламенко. Так их пути разошлись. Светлана ушла от знаменитой испанки с благодарностью, с доброй памятью о норовистой, резковатой, потрясающе интересной учительнице, которая подарила ей такое редкостное хореографическое богатство, которому могут позавидовать даже на родине фламенко. А Светлана с подругами организовала в столице свой коллектив, каждый год отправляясь в Испанию учиться. В числе ее учителей знаменитые на весь мир Алисия Маркес, Белен Майя, Rafaela Carrasco, Mersedez Ruiz. Зато теперь в России имя Светланы Савельевой не менее знаменито, чем эти испанские имена.

Не Путин

Когда Светлана Савельева впервые поехала учиться фламенко, в ее арсенале не было ни одного испанского слова. Это уже потом она поняла, что погрузиться в мировоззрение, смысл и философию фламенко без знания языка невозможно. Теперь испанский — ее второе богатство. Как и те испанские встречи, на которых она, девушка из Москвы, не только по словарям знает, что такое настоящее дуэнде. Кураж, туман, счастливый транс, состояние глубокого погружения во фламенко, в котором можно не услышать даже восхищенного «Оле» от самого испанского короля, когда ты танцуешь перед ним.

Она танцевала перед королем. Но говорит об этом как о… не самой важной галочке в списке достижений. Вот вроде бы да, танцевала перед Хуаном Карлосом первым. Это здорово. Но его глаз практически не видела. Он сидел так далеко от нее. Это честно. «И вообще, мне бы станцевать перед Владимиром Путиным! Была бы счастлива, это точно», — накидывает платок Светлана перед моей фотокамерой.

Не испанка

— Светлана, а испанцы могут «прочитать», что перед ними танцует не испанка, а вовсе даже русская, или вас уже не узнать среди своих?

— Ну, если бы я была в костюме и гриме и при этом не открыла бы рта, вне моего акцента, наверное, не прочитали бы. Приняли бы за свою. Я много танцую, в том числе с испанцами и для них. Я и псевдоним себе придумала для испанцев, потому что сочетания звуков «св» у них в языке нет. Вот и нашли самый близкий перевод моего имени на испанский: Лусия – свет, светлая, ясная. В традициях испанцев подбадривать танцоров выкриками. Мне они кричали «Анда, Лусия!» («Давай, Лусия!»). Когда мы пытались придумать название для школы, гитаристу нашего коллектива пришла в голову идея использовать это словосочетание. Кроме того, Андалузия — провинция Испании, которая является родиной фламенко. Но я не хотела и не хочу быть испанкой. Не хочу.

Не работа

Мы встретились со Светланой в гостиничном номере вечером, после мастер-классов и репетиций, которые начинались в Тольятти с самого утра. Но мой вопрос про усталость оказался совершенно неуместным. Потому что человек, который делает любимое дело, не устает. Так считает Светлана. Она вообще поймала огромный кайф от того, какую атмосферу сумела создать в Тольятти организатор фестиваля Инна Рукосуева. Не соперничества, а соучастия, солюбви. «Мы все занимаемся тем, что очень любим, а потому получаем огромное удовольствие оттого, что мы вместе. Такого, как в Тольятти, в стране практически нет. И все это создано на голом энтузиазме одного человека. И потому я всегда буду поддерживать Инну, ее бескорыстную любовь к фламенко. Вы не представляете себе, какой это огромный труд — организовать фестиваль, на который съехались участники из десятков городов!» — восхищенно повторяет Светлана Савельева.

Не кастаньеты

Оказывается, во фламенко не так уж часто используют кастаньеты. И длинное алое платье — не самый главный его атрибут. А потому все внешние условности и атрибуты летят к чертовой андалусской бабушке, когда парни в джинсах и свитерах и женщины в куртках и современных платьях впадают в шаманский ритм фламенко, плачут и смеются вместе с музыкой и высекают искры из каждого встреченного сердца.

— Светлана, фламенко невозможно разлюбить?

— Невозможно. Он реально меняет состав крови. Меняет жизнь. Меняет меня.

— Как вы изменились?

— Я стала более уверенной в себе. Выросло чувство моего достоинства. Женского достоинства, с которым я иду по жизни. Да, конечно, в жизни случалось разное. Была боль, было предательство. Был мужчина, с которым мы расстались. Но в ней есть фламенко. Здесь ты ощущаешь себя женщиной, во фламенко в принципе не бывает «унисекса», четко различаются мужская и женская хореография — «дамы» и «кабальерос». И я танцую и учу этому других. Я иду этими двумя дорогами и стою на двух ногах. Фламенко — это не эстетика, а эмоция, характер, выражение своего внутреннего «я». Испанцы говорят: чем старше женщина, тем больше она может сказать.

Справка:
Светлана Савельева — педагог, хореограф, участница коллектива «Almas del Fuego».
Образование — высшее экономическое.
Танцевала фламенко перед королем Испании Хуаном Карлосом первым.

Цитата:
«Такого фестиваля, как в Тольятти, в стране больше нет. И все это создано на голом энтузиазме одного человека. И потому я всегда буду поддерживать тольяттинку Инну Рукосуеву. Какой это огромный труд — организовать фестиваль, на который съехались участники из десятков городов России!»

Наталья Харитонова, «Площадь Свободы»

танцкет испанский танец фламенко

фото: "Фламенко над Волгой"

фото: из открытых источников