Инспектор Антон Шалаев и полицейский-водитель Дмитрий Сучков в отдельном батальоне патрульно-постовой службы были с ноября 2011 года. Патрулирование Комсомольского района они осуществляли на служебной иномарке, полные сил и осознания своей сержантской важности.

«Непорядок» полицейский экипаж обнаружил на улице Лизы Чайкиной, а точнее – на остановке общественного транспорта, расположенной напротив универмага «Комсомольский». Там два пьянчуги сидели на лавочке, распивая пиво, третий мужчина стоял недалеко от них и держал в руке пластиковый стаканчик, заполненный на треть какой-то темной жидкостью. Именно к нему решительно направились стражи порядка.

Чем мужчина привлек внимание? По словам сержантов, никого из присутствовавших на остановке они не знали, но стоявший махал руками, ругался и выглядел неопрятно. Если учесть, что время было 23:10, то вполне понятно, почему его приняли за пьяного.

Но вот первая нестыковка: Николай Дементьев (фамилия потерпевшего изменена) утверждал, что их на остановке было как минимум трое. А именно: он и два «пивника». Сержанты говорили про двух человек: «пивник» сидя спал на лавочке, а Дементьев на него ругался.

Дальше – больше. Сержанты:

– Мы подошли к мужчине, представились, попросили успокоиться. Он продолжал ругаться, нарушая общественный порядок.

Потерпевший:

– Вечером 13 ноября жена попросила меня сходить в магазин за сахаром. Магазин находится перед перекрестком улиц Чайкиной и Ярославской. Я зашел в павильон, попросил продать сахар, но сказал, что заберу его чуть позже, а сам отправился на улицу и стал пить чай. Я на прогулки часто беру термос с чаем, спиртное не употребляю вообще из-за травмы головы.

Я пил чай, ни с кем не ругался. Тут подошли сотрудники полиции и сказали, чтобы предъявил документы. Я пояснил, что пришел в магазин за сахаром, а в стаканчике у меня чай. Но сержанты мне не поверили и велели пройти к полицейской машине.

Сержанты:

– Мужчина с нами разговаривал в невежливом тоне, мол, все сотрудники полиции – коррупционеры, взяточники. И шли бы мы… ловить наркоманов. Мужчина, заявив, что он инвалид, наотрез отказался пройти к машине для составления административного протокола. Чтобы он успокоился, мы взяли его за руки. Он вырывался 8-10 раз, оттоптал нам все ноги. После этого мы его отпустили, мужчина подошел к лавочке, налил чай в крышку из-под термоса и стал пить.

Потерпевший:

– Они схватили меня за руки и потащили к машине. Шалаев при этом крутил левую руку, Сучков – правую. Потом повалили на землю, ломали руки, били по локтю. От боли я закричал. Шалаев отошел, а Сучков продолжал выкручивать правую руку. Держал он долго, затем бросил меня на капот. Было очень больно, я недавно выписался из больницы, лежал в реанимации после травмы головы, чувствовал себя неважно. Особенно ноги были слабые. И тут такое…

Дементьев подчеркнул, что сержанты были в форме, но ему не представлялись и никаких документов не предъявляли. Правда, скорую помощь они все же вызвали. Тут надо пояснить, что сотовый телефон у Дементьева был, а вот звонить по нему он мог с большим трудом: руки повисли как плети. Уже в больнице выяснилось, что на левой руке – закрытый перелом локтевой кости со смещением отломков, на правой – разрыв ключично-акромиального сочленения. Иными словами, как в отдельности, так и в совокупности – причинение среднего вреда здоровью.

– Навыки борьбы у меня есть. Мы постоянно на службе тренируемся, сдаем зачеты по борьбе и физической подготовке. Умысла причинять мужчине вред у меня не было. Я не допускаю, что повреждения, обнаруженные у него, связаны с моими действиями, – так несколько замысловато заявил Сучков.

Шалаев сказал что-то похожее. Кстати, в суде оба сержанта вину не признали. Вряд ли они испытывали угрызения совести или хотя бы неловкость, что вдвоем расправились с инвалидом, который по возрасту годится им в отцы.

Но не только это главное. Знаете, когда было совершено преступление? В ноябре 2012 года! А суд состоялся недавно. Неужели следователи сразу не смогли определить, откуда у потерпевшего такие травмы? Для этого им потребовалось целых четыре года?

Я узнавал, почему так долго длилось следствие. Оказалось, что расследование приостанавливали несколько раз и даже закрывали дело. Кому-то это было выгодно! Мало того, два следователя, которые по очереди вели это дело, уволены. Не могу утверждать, что их изгнание из рядов следственного комитета связано с материалами по сержантам, но факт остается фактом.

Удивили и свидетели защиты, допрошенные в суде. Коллеги по патрульно-постовой службе как по команде хвалили обвиняемых и ругали потерпевшего. Пришли даже их соседи и близкие родственники и тоже хвалили сержантов. Отцы отмечали аккуратность и добросовестность своих сыновей, но о сути конфликта рассказывали, ссылаясь на чужие слова.

Это хорошо, что родители поддержали своих детей в трудный для них период. Но по большому счету: какие из них свидетели? Они были на месте преступления? Нет. Они знакомы с потерпевшим? Нет. Они обладают эксклюзивной информацией по делу? Опять нет. Тогда зачем всё это? Чтобы охарактеризовать личности подсудимых? Так родители в большинстве случаев хвалят своих детей, если те, конечно, не наркоманы, ворующие у них деньги и вещи.

Теперь о наказании. Дмитрий Сучков и Антон Шалаев за превышение должностных полномочий получили по два года колонии общего режима, что ниже низшего предела. Кроме того, каждый из них должен выплатить потерпевшему по 100 тысяч рублей. Это не считая уже выплаченных ими сумм – по 30 тысяч.

И последнее по этому делу. Один из выпивох воскликнул в суде:

– Меня вообще поражает тот факт, что я и Юра сидели с «полторашкой» пива, а полицейские пристали к трезвому Николаю, который стоял рядом и пил чай! Почему?

Сергей Русов, «Вольный город», № 1 (1129) 13.01.16

полицейский в автомобиле

фото: 63.mvd.ru

фото: из открытых источников