Провокация или профанация?

Учителя и врачи неоднозначно отнеслись к урокам трезвости, вводимым в российских школах в грядущем учебном году.

В рамках предмета об основах безопасности жизнедеятельности (ОБЖ), возможно, совсем скоро будут проводиться «Уроки трезвости». Эту инициативу активно продвигает Общественная палата и федеральный проект «Трезвая Россия». Первые опыты «Уроков трезвости» уже состоялись в 2014 учебном году в Московской области, Казани, Тюмени и других городах. Следующей пилотной площадкой должна стать Якутия, где такие занятия с 1 сентября планируют ввести в учебное расписание всех классов, начиная с пятого. Регион считается одним из рекордсменов по числу людей с алкогольной зависимостью (наряду с Чукотским автономным округом, Магаданской и Брянской областями): здесь только в прошлом году было выпито 1,4 тысячи декалитров крепкого алкоголя и более 3,7 декалитров пива и других слабоалкогольных напитков.

Пока уроки проводили эксперты федерального проекта «Трезвая Россия», но уже написаны лекции и выпущен видеоролик, которые смогут использовать на занятиях школьные педагоги.

Мы решили выяснить, как учителя и медики отнесутся к такому нововведению. Возник вопрос: почему именно формат видеоролика инициаторы проекта считают оптимальным способом донести до детей нехитрую идею, что пить и принимать наркотики – это плохо? Посмотрит ребенок 10-13 лет 15-минутный ролик и на всю жизнь откажется от вредных привычек? Это же абсурд! Зачем тогда вообще нужна воспитательная миссия учителя? За комментариями журналист нашего издания обратился к директору школы № 23 Людмиле Бариновой.

Людмила Ивановна, конечно же, поддерживает любые инициативы, направленные на здоровый образ жизни детей и подростков, однако недоумевает: почему сегодня школу приравнивают к испытательному полигону? Мало того, что школа в обязательном порядке должна внедрить различные инициативы, обо всем надо еще и отчитаться. Главная же задача школы – дать ученикам знания по основным фундаментальным наукам, которые помогут детям стать успешными в дальнейшей жизни. Если человек будет успешным, он не будет думать ни об алкоголе, ни о табаке, ни о наркотиках.

– Такое впечатление, что люди, предлагающие уроки трезвости, никогда не учились в школе, ничего не знают о системном подходе, дающем лучшие результаты по сравнению с компанейщиной, – рассуждала Людмила Ивановна и конкретизировала: о вреде алкоголя учителя говорят сегодня, естественно, на ОБЖ, это одна из составляющих безопасного образа жизни. Тема, кроме того, поднимается и на уроках биологии, поскольку алкоголь влияет на организм человека, на химии звучит информация, из чего состоит алкоголь, что он приносит в организм. На литературе тоже говорят – на примере образа Шарикова из «Собачьего сердца». В программе обществознания есть тема о наказаниях за преступления, совершенные в алкогольном опьянении.

По мнению собеседницы, одним уроком проблему не решить, нужно вести системную воспитательную работу, больше рассказывать о лучших людях, достигших успехов в той или иной сфере деятельности. Людмила Ивановна рассуждала дальше:

– В каком классе надо вводить урок трезвости – в пятом? Прекрасно – там много детей, которые вообще не знают, что такое алкоголь. Давайте им расскажем, что он, по мнению некоторых, приносит радость! Не спровоцируем ли мы желание попробовать? У детей моментально возникнет масса вопросов: как, почему, зачем. Для меня это некая провокация. Отношение подростков к алкоголю и наркотикам мы изучаем, периодически проводим анкетирование, инициированное общественными организациями. Насколько откровенно отвечать на поставленные вопросы, дети решают сами. Недавно выпускался 11-й класс, в котором у ребят была принципиальная позиция: «Здоровый образ жизни – сегодня это модно». Выпускной вечер был хорошим, трезвым. Родители сделали много интересных приглашений, сами дети были активны.

Тем не менее опасение Людмилы Ивановны вызывает пивная зависимость молодежи – она тоже алкогольная. Дети 7-8 класса могут запросто идти по улице с баночкой пива. Чтобы противостоять вредным привычкам, по мнению собеседницы, надо дать школам больше возможностей для создания спортивных секций, занятий танцами, музыкой, пусть у подростков просто-напросто не останется времени думать о наполнении своего досуга. Это будет более эффективно, чем «уроки трезвости».

Главный врач Тольяттинского наркологического диспансера Сергей Михайлов считает, что «уроки трезвости» нужны родителям, а не детям: почему курящие мамы с коляской в одной руке и банкой пива в другой никого не возмущают? Прежде чем бороться с алкоголизмом и наркоманией, нужно реанимировать институт семьи, который у нас потерян в 90-х годах. Ушло уважение к старшему поколению, а если нет авторитетов, возникает ощущение вседозволенности. Хочу – и пью!

Сергей Владимирович напомнил, что наркологические заболевания – социальные, им, по статистике, подвержены 10 процентов населения. Чтобы человек стал пить алкоголь или употреблять наркотики, его кто-то должен этому научить. Каким эффект «урока трезвости» будет для ребенка, у которого родители выпивают? Грозить 13-летнему ребенку пальцем и говорить, что употреблять наркотики плохо, – это бесполезно, у него инстинкт самосохранения отсутствует. У подростка идет гормональная перестройка организма, и он ничего не видит и не слышит.

Еще меньше, по мнению собеседника, «Уроки трезвости» нужны пятикласснику. Недаром ведь на уроках сексуального просвещения в Германии малыши падали в обморок, так как не были готовы к продемонстрированной информации. Есть ли в «Трезвой России» наркологи, психиатры? Отснятый ролик специалистам показывали? Ведь обсуждение алкоголя и наркотиков с подростками может стать опасным, тема привлечет их внимание, окажется рекламой

– У нас был проект «Молодежь без наркотиков», – рассказал Сергей Владимирович. – В проекте участвовали пациенты, несколько лет употреблявшие наркотики, а потом от них отказавшиеся. После реабилитации ребята стали ездить по школам и рассказывать на собственном примере, почему наркотики – это плохо. В какой-то момент мы прекратили эти выступления. Школьники видят накачанного, пышущего здоровьем человека. Они просят показать вены – и видят на руках «шахты», то есть рубцы. И в подсознании у детей остается опасный вывод: да, человек наркотики употреблял, но сейчас у него все хорошо. Значит, можно попробовать, ничего страшного не произойдет.

И еще Сергей Владимирович считает, что надо возобновить принудительное лечение и уголовную ответственность за употребление наркотиков, отменные в 90-х годах. Никакие «уроки трезвости» тогда не понадобятся! Сейчас, чтобы принять на лечение алкоголика, врачи-наркологи должны получить его добровольное письменное согласие. Иначе это будет считаться нарушением прав пациента. Алкоголик же, находясь в запое, весь дом на уши ставит – то участкового к нему соседи вызывают, то скорую. Такой кошмар, получается, ничьи права не нарушает?

– Лучше бы Общественная палата подумала о том, как нашу законодательную систему привести в порядок. Кроме того, должны работать законы по поводу курения и распития алкоголя в общественных местах. Пусть люди станут нетерпимыми, вмешиваются в ситуацию, не молчат, – резюмировал разговор главный врач наркологического диспансера.

Интересно:

В конце 1990-х годов алкогольная смертность в России составляла, по разным данным, от 16% до 37% от всех смертей, однако за последние годы она несколько сократилась. В частности, в 2013 году уровень детского алкоголизма снизился до 0,08 на 100 тысяч человек (в 2010 году 0,19), а подросткового – до 5,13 (в 2010 году 9,85).
Ежедневно в России употребляют спиртные напитки 33 процента юношей и 20 процентов девушек старше 13 лет и всего лишь 4 процента учащихся ни разу не пробовали алкоголь.

Главный врач наркологического диспансера

фото: Площадь Свободы

Ольга Пимантьева, “Площадь Свободы”

фото: из открытых источников