Их было двое, желающих обогатиться за счет должника: судебный пристав-исполнитель Наталья Сизова и ее начальник Евгений Исаевский.

Сизову задержали в сентябре 2012-го, судили – в ноябре 2014-го. За несколько дней до оглашения приговора обвиняемая обмолвилась, что ее непременно оправдают. Дескать, сейчас не то время, чтобы сажать за решетку невинного человека.

Все вышло по-другому: и виновной признали, и посадили – 5 лет колонии общего режима. Не помогли даже смягчающие обстоятельства: ведомственные награды, положительные характеристики, наличие несовершеннолетнего ребенка и престарелой матери, требующей ухода. Дали, конечно, не максимум, предусмотренный уголовной статьей, зато подчеркнули, что за особо тяжкое преступление против государственной власти, интересов госслужбы – только лишение свободы.

С Исаевским получилось почему-то иначе. Во-первых, уголовное дело в отношении начальника отдела судебных приставов Комсомольского района выделили в отдельное производство и очень долго расследовали. Причина якобы в том, что фигурант после случившегося тяжело заболел и даже перенес операцию. А недавно, 29 марта, был оглашен приговор: Евгений Владимирович получил 7 лет условно и штраф в размере шестидесятикратной суммы взятки, то есть почти три миллиона рублей.

Как же так? Вместе взятку «подгоняли», а теперь подчиненная – за решеткой, начальник – на свободе. Удивительны твои дела, Фемида! Но давайте отставим эмоции в сторону и посмотрим аргументацию Исаевского.

Про суд над Сизовой «Вольный город» писал в начале декабря 2014 года. Напомню суть.
Фирма «Союз НК», единственным учредителем и директором которой является Сергей Кирюхин, занималась оптовой торговлей удобрениями, пестицидами и другими агрохимикатами. Когда возникли финансовые проблемы, один из деловых партнеров – «Оксидентал Экспресс» – подал в арбитражный суд иск и выиграл процесс. Речь шла о 817 тысячах рублей плюс расходы по уплате госпошлины.

Исполнительный лист направили в отдел судебных приставов Комсомольского района. Он попал на стол опытного (профессиональный стаж 17 лет) сотрудника Сизовой. Через некоторое время Наталья Александровна, проанализировав ситуацию, решила подзаработать. В ресторане «Морская звезда» она объявила Кирюхину, что в отношении него будет возбуждено уголовное дело за злостное неисполнение решения суда.

– Достали уже, каждый день звонят и пишут, – подчеркнула Сизова настойчивость бывших партнеров «Союза НК».

Кирюхин ответил, что с долгом согласен и вернет деньги при первой возможности, но надо подождать. А еще его напрягала возможность уголовного преследования. Судебный пристав предложила компромисс – за 400 тысяч могла бы утрясти конфликтную ситуацию.

– Но мне сначала необходимо посоветоваться с начальником, вдруг Евгений Владимирович будет против, – в открытую заявила Сизова.

Кирюхин согласился, потому что судебный пристав пообещала закрыть исполнительное производство в отношении его фирмы. На следующий день он пришел в отдел на улице Громовой, написал продиктованный текст, услышал, что с начальником его вопрос решен.

– Я сейчас схожу к Евгению Владимировичу, вы немного меня подождите, – попросила Сизова.

Когда она вернулась, то протянула два листочка. На одном были реквизиты банковского счета, куда нужно перечислить 1 000 рублей, чтобы «исключить в действиях должника злостность» и, соответственно, избежать уголовной ответственности. На втором листочке – данные некого Игоря Суворова. Именно ему Кирюхин должен был перегнать блиц-переводом 400 тысяч. Банк мог быть любым, главное, чтобы сумма не менялась.

Все предельно просто и цинично. Хотя был один существенный момент: коммерсант, понимая, что судебные приставы могут его использовать как дойную корову, тайно записал разговоры в ресторане и отделе, а потом эти записи и листочки с банковскими счетами принес правоохранителям. С того момента начался отсчет оперативного эксперимента.
Из показаний, прозвучавших в суде недавно, интересно то, что сказали Суворов, Сизова и сам Исаевский. Начнем со свидетелей.

Игорь Суворов теперь Исаевского называл знакомым, хотя раньше говорил о дружеских отношениях. Он заявил, что по просьбе Исаевского автомобиль HONDA CR-V оформил на себя, хотя фактически пользовался иномаркой Евгений. Для этого оформил на начальника отдела судебных приставов соответствующую доверенность.

Однажды ему позвонил Исаевский и сказал, что хочет поговорить. Суворов согласился пообщаться, а потом встречал у себя дома гостя. Евгений заявил, что ему скоро придет денежный перевод на 400 тысяч и надо его получить. Суворов снова согласился.

Примерно через две недели они заехали в отделение банка в Шлюзовом, но не смогли получить перевод. Тогда отправились в Комсомольск, где на улице Чайкиной расположен головной (для района) филиал. Исаевский дал Суворову бумагу с рукописными реквизитами, и тот получил 49 тысяч. А когда в машине отдал деньги, Исаевский спросил:

– Почему так мало?

Суворов еще раз сходил в отделение банка, где ему сказали, что больше переводов на его имя нет. Тогда Исаевский с его сотового телефона позвонил Сизовой и выразил неудовольствие по поводу суммы. Зато после разговора с подчиненной сообщил «гонцу», что позже нужно будет еще раз получить деньги, а потом добавил:

– Если что – ты меня не знаешь.

Все это, повторяю, рассказал Игорь Суворов, сделав очень важное заявление:

– Когда велось предварительное следствие, когда рассматривалось уголовное дело в отношении Сизовой, я говорил, что Исаевский к этим деньгам не причастен. Меня об этом просили сказать сам Евгений и его адвокаты.

Осужденная Сизова по этому делу прошла свидетелем. Была Наталья Александровна не сильно разговорчивой и все отрицала: в ресторане не была, с вопросами к начальнику относительно «Союза НК» не обращалась, деньги не брала. В итоге в отношении нее сфабриковали уголовное дело, а потом упрятали за решетку. Ну хоть икону пиши – про невинную жертву государственного произвола.

Оказавшись на скамье подсудимых, Исаевский стал более разговорчивым, чем раньше. Он даже признал вину, но в мошенничестве по предварительному сговору с Сизовой, а не в получении взятки. Расчет тут простой: за мошенничество полагается меньшее наказание.

– Сизова меня уверяла, что Кирюхин очень боится уголовного преследования и жаловаться никуда не побежит. Я в подробности не вникал, потому что готовился к свадьбе. От меня требовалось только найти надежного человека, на чье имя будут перечислены деньги. Я дал координаты Суворова. Игорь получил 49 тысяч, из них 19 тысяч я забрал себе, остальное отдал Сизовой,  – рассказал в суде Исаевский.

А чтобы про него плохо не подумали, подытожил:

– Сизова вела работу по исполнительному производству в отношении «Союза НК» в полном соответствии с требованиями законодательства. Если бы она по своей инициативе окончила исполнительное производство, я бы отменил такое постановление как незаконное.

Интересное заявление! И где это в действующем законодательстве сказано, что судебные приставы имеют право собирать деньги с должников в свою пользу?

В деле вообще много интересного. Например, допросили жену Исаевского, оставившую после свадьбы свою звучную фамилию – Генералова. Так вот, Генералова утверждала, что с 24 по 27 сентября 2012 года она и Евгений находились в Зольном – на даче ее родителей. В этот период в Тольятти ездили только один раз и то для подготовки к свадьбе. Соответственно, Исаевский на работу не ходил, а значит, не мог участвовать в том, что ему инкриминировали. Соседи по даче Винтонины вообще заявили, что молодые жили в Зольном целую неделю и никуда не выезжали.

Я обратил внимание, что свидетели не сильны в географии. Они называли Зольное селом, относящемся к Ставропольскому району. На самом деле это поселок, который входит в состав Жигулевска. А еще «помощники» Исаевского не учли, что сейчас детализация звонков является неотъемлемой частью оперативной работы.

Установлено, что только 25 сентября подсудимый 11 (!) раз выходил на связь через базовую станцию, которая находится на улице Громовой, то есть рядом с местом его работы. А 26 сентября – 15 раз. Суд сделал вывод, что это полностью опровергает показания Генераловой и Винтониных.

Тогда адвокат Исаевского стал утверждать, что его подзащитный имел небольшой стаж работы, а потому является жертвой махинаций опытной Сизовой. И тут нестыковка. Евгению 31 год, в отделе судебных приставов он работал с марта 2006-го по октябрь 2012-го. Начальником стал за год до увольнения. Если верить характеристикам, то обладал «огромным опытом, умением планировать свою работу, выполнял плановые и прогнозируемые показатели». Именно эти качества и послужили основанием для выдвижения его на руководящую должность.

Кстати, о характеристиках. Сторона защиты предоставила в суд характеристики с места учебы в школе (!), с мест жительства и бывшей работы. Все – положительные.

Получение взятки – особо тяжкое преступление. Исаевского признали виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «а» части 5 статьи 290 УК РФ. Если заглянуть в Уголовный кодекс, то можно узнать о наказании: штраф в размере от 70-кратной до 90-кратной суммы взятки либо лишение свободы от 7 до 12 лет со штрафом в размере 60-кратной суммы взятки. Бывшему начальнику отдела судебных приставов сначала исключили из обвинения крупный размер, а потом дали условный срок со штрафом.

После вынесения такого приговора прокуратура Комсомольского района сообщила в СМИ, что государственный обвинитель просил лишить Исаевского свободы на 7 лет с отбыванием в колонии строгого режима. Сейчас надзорный орган готовит представление «об изменении приговора и назначении более строгого наказания».

автор: Сергей Русов, «Вольный город», №13 (1090) 08.04.2016

несколько тысяч рублей

фото: 63.mvd.ru

источник: «Вольный город»,  №13 (1090) 08.04.2016vgorod-tlt.ru/n13-16/?n=6566

фото: из открытых источников