В конце прошлого года я начал писать о странных и непоследовательных мероприятиях начальника Тольяттинского почтамта Радика Назмутдинова.

Тогда мне пришлось изменить имя главной героини этой неприятной истории. Однако поведение, которое позволяет себе руководитель тольяттинских почтовиков, привело к событиям, описывая которые уже пора переходить к самой что ни на есть конкретике.

Явление первое. Комиссия анонимов

Первые рабочие дни нового года у Марины Баштынской начались с неприятной новости: её собираются уволить. 14 января ей позвонил её непосредственный начальник и сообщил, что 16 числа ей необходимо явиться на работу не в 14:00, когда официально начинается её смена, а в 10:00. Якобы в это время будет начата процедура её увольнения (с которым Баштынская не согласна) и сдачи материальных ценностей.

Это стало первым камнем беззакония, который был брошен в сторону нашей героини. Дело в том, что безосновательный вызов сотрудника во внерабочее время – действие, нарушающее Трудовой кодекс РФ. Кроме того, у меня возникло подозрение о провокации со стороны представителей работодателя, поэтому я рекомендовал Марине Степановне явиться на работу согласно её трудовому графику, а на саму встречу отправился вместе с нею – в качестве защитника интересов коллеги по профсоюзу.

Итак, соблюдая все нормы и правила Трудового кодекса, 16 января в 14:00 мы явились в почтовое отделение. Я предполагал, что меня не пустят в здание, ведь некоторое время назад у нас уже были неприятные разбирательства с Назмутдиновым, после чего он распорядился держать для меня двери почты закрытыми. Пришлось включить видеокамеру.

Поначалу никто и не пытался меня задержать. В здании, куда мы вошли, было семеро (!!!) представителей Тольяттинского почтамта и Самарского филиала ФГУП «Почта России». Ни один из них не представился ни мне, как защитнику интересов члена профсоюза «МОЛОТ», ни самой Марине. Видимо, сочли, что негоже холопам кланяться…

Явление второе. Режимный объект и «псевдополиция»

Итак, пять женщин и двое мужчин начали проводить с Мариной Степановной разъяснительную беседу, финалом которой должно было стать подписание ею приказа об увольнении по статье 81 ТК РФ. Поначалу представители комиссии не решались вручить приказ в моём присутствии. Но, поняв, что от меня не избавиться, были вынуждены это сделать. С приказом Марина Степановна ознакомилась с пометкой «не согласна». Второй экземпляр представитель отдела кадров пыталась забрать, но он уже был у меня в кармане.

В ходе неприятной беседы представители почты не обделяли вниманием и меня. Сначала пытались заставить меня выключить видеокамеру: якобы я нахожусь на «режимном объекте», где съёмка запрещена. К слову, таковые в ФГУП «Почта России» действительно есть, но это отделения дипломатической почты. По адресу ул. 70 лет Октября, 53, где мы находились на тот момент, таковые отсутствуют, поэтому я порекомендовал запрещальщикам не мешать работе профсоюза. Мне пришлось разъяснить «высокой комиссии», что в соответствии с ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности» я, как представитель работника, входящего в состав нашей организации, имею право находиться на предприятии, где работает член профсоюза.

Дальше со стороны «почтовиков» началась и вовсе какая-то вакханалия. Представители ФГУП мужского пола стали выдавать себя за полицейских! По крайней мере, один из них именно так мне и представился. Когда я потребовал предъявить документы, «псевдополицейский» вытащил из кармана какую-то неубедительную красную «корочку», отдаленно напоминающую удостоверение о прохождении обучения на предприятии. В «корочке» было написано, что «псевдополицейский» – это некий начальник безопасности физических лиц Самарского филиала ФГУП «Почта России».

Явление третье. «Похищенная» сумочка

Далее Марине Степановне в приказном тоне велели вызвать сотрудников ЧОП, а после и полицию. Всю эту ораву, как я понял, хотели натравить на меня – якобы постороннего гражданина, присутствующего при интимной процедуре скандального увольнения Баштынской. Вызывать полицию и ЧОП Марина Степановна, разумеется, отказалась.

Тогда ответственную миссию по вызову стражей правопорядка возложили на заместителя Баштынской. Та исполнила приказ руководства, заявив дежурному полицейскому о незаконном проникновении постороннего лица в здание почтового отделения. В ответ на это полицейский предложил ей немного подождать, что не устроило ни одного из присутствовавших «почтовиков». Тогда велели пустить в ход «тяжелую артиллерию» – заявить дежурному о том, что у неё якобы похищена сумочка.

Прибыли сотрудники ЧОП, и в это же время к зданию почтового отделения № 44 подъехал депутат Самарской губернской думы Алексей Краснов с помощником Анатолием Анискиным. На вопрос депутата: «Что здесь происходит?» – лжеполицейский стушевался и заявил, что ничего. Тогда депутат задал вопрос: «Зачем вы выгоняете представителя профсоюза, вместо того чтобы начать процедуру сдачи-приемки документов и ценностей?» Лжеполицейский снова попытался рассказать про «режимный объект», чем Краснова не убедил. «Так вы будете передачей заниматься или мы тут будем нервы друг другу мотать?» – спросил депутат. Начальник безопасности физических лиц ответил, что да, мол, сейчас начнём.

В присутствии депутата началось наконец то, ради чего «высокая комиссия» из Самары припылила в Тольятти шесть часов назад!

Оставив с нами помощника, Краснов уехал. Буквально через 15 минут после его отъезда лжеполицейский «проснулся» и снова стал выгонять из помещения теперь уже не только меня, но и помощника депутата. Анискин позвонил Краснову, которому пришлось вернуться в наш «вертеп».

Скоро прибыл и участковый 15-го квартала. Рассказ о том, что под предлогом хищения сумочки полиция была вызвана для выдворения из помещения работника профсоюза, поверг полицейского в шок. В результате представитель правопорядка начал оформлять ложный вызов.

Явление четвёртое. Хватать и не пущать

Наконец, приступили к приему материальных ценностей. Учитывая моё присутствие, члены комиссии принялись дотошно считать всякую ерунду – марки, открытки… Так, видимо, представители почты тянули время, ждали. И дождались.

В 17:00 участковый закончил оформлять ложный вызов и отправился по другим, более криминальным делам. Я вместе с полицейским вышел на улицу через служебный вход… После этого попасть внутрь по-хорошему мне уже не удалось – работники почты закрыли служебный вход изнутри. Мы с участковым безуспешно стучали, звонили и просили открыть.

Пришлось идти через торговый зал, но и там путь в кабинет преграждал тот самый лжеполицейский – сотрудник службы безопасности и его безымянный приятель. Лишь после того, как депутат Краснов включил видеокамеру и стал открыто комментировать противозаконность действий сотрудников ФГУП, те замешкались и позволили Марине Степановне открыть мне дверь. Я быстро вошел внутрь, но меня сразу же скрутили и, применяя удары и толчки, вышвырнули обратно в зал, изрядно напугав и удивив тем самым тольяттинцев, стоявших в очередях к операторам. Оставшись без защитника от проф¬союза, Баштынская отказалась участвовать далее в процедуре сдачи-приёмки отделения, о чём официально заявила комиссии, а также депутату, фиксирующему происходящее на видеокамеру.

При депутате Марине Степановне выдали расчет и трудовую книжку. А после этого подали ей на подпись акт, в котором и крылась червоточина: пересортица посылок, несоответствие остатков регистрации почтовых отправлений и прочие нарушения. Подписывать такие документы, не соответствующие действительности, было нельзя. О своём несогласии с выводами комиссии, сделанными в отсутствие Баштынской и законного представителя от профсоюза, Марина Степановна заявила всем присутствующим и депутату.

Итак, руководству Тольяттинского почтамта удалось пусть и не так легко и просто, как хотелось бы, но всё же уволить добросовестного сотрудника. Ну что же, если они думают, что на этом история окончилась, то они глубоко ошибаются. На самом деле история только начинается. Впереди их ждет не один суд, исходом которого, я уверен, станет не только восстановление Марины Степановны на службе, но и моральная компенсация за самовольное и возмутительное поведение. Кстати, все видеоматериалы, а также соответствующие документы и письма уже отправлены и в Москву генеральному директору ФГУП «Почта России».

А мы со своей стороны продолжаем бороться с трудовым беспределом, который творится на предприятиях нашего города.

Комментарий

Анатолий Анискин, помощник депутата Самарской губернской думы:

– Случай с увольнением Марины Баштынской не просто скандальный, он вопиющий! Почта – это государственное учреждение. А государственные органы должны быть прозрачны в своей деятельности. Особенно если речь идёт о нарушении трудовых прав, случаях нарушения действующего законодательства. Здесь же мы видели из ряда вон выходящие вещи, когда сотрудники комиссии заставляли работников почты лгать полиции, скрывали свои имена и должности от депутата, ещё много чего абсурдного и откровенно аморального творили.

Но верхом противоправной деятельности стало нападение на председателя профсоюза «МОЛОТ»! Это нападение было заснято на видео и, конечно, послужит материалом для возбуждения прокурорских и других проверок в отношении этих двух работников почты, позволивших себе применение физической силы к человеку, который пришёл защищать трудовые права Баштынской!

Председатель Межрегионального профсоюза
Приволжского Федерального округа «МОЛОТ»
Вячеслав Шепелев,
«Тольяттинский навигатор»

руки начальника и маленький человек

фото: ТН

фото: из открытых источников