Интересно послушать их родственников

Когда судят наркосбытчиков, большого интереса к ним нет. Они могут признавать вину полностью или частично, всё отрицать, отказываться от дачи показаний или говорить о немыслимых пытках во время следствия, особенно если сами – действующие наркоманы.

Гораздо интереснее послушать их родственников. Тут редко встретишь прямое осуждение. Сожаление, сочувствие – это да. А еще – желание представить наркосбытчиков абсолютно неимущими, у которых нет жилья, автомобилей, вкладов и даже бытовой техники.

Недавно в суде Центрального района рассматривалось дело Станислава Самарцева и Артема Шевцова, обвиняемых в незаконном сбыте героина и легализации наркосредств на общую сумму 6,6 миллиона рублей. При задержании и обысках у них изъяли 65 граммов наркотиков, 8 симок и несколько банковских карт. Самарцев, до этого дважды судимый за наркопреступления, вину признал частично; Шевцов, еще в 11-м классе получивший условно за грабеж, сознался во всём.

Начнем с родственников Шевцова. Его мать рассказала, что Артем после женитьбы обитал в бывшем общежитии на Революционной, а потом молодые сняли квартиру в центре Старого города. Вообще-то у Шевцовых была трехкомнатная квартира, которую продали. На вырученные деньги мать купила себе однокомнатную, а сыну – комнату в общежитии.

Затем эту комнату пришлось продать. Сначала мать прописала Артема к себе, потом выписала – чтобы как безработная получать государственную субсидию.

– Сын хотел прописаться у жены, но не успел…  Я не знала, что он употребляет наркотики. Мы в гости  друг к другу ходили, они ко мне на дачу приезжали – ничего такого я не замечала. Сын у меня мягкий, добрый, заботливый. До задержания работал в лесном хозяйстве, занимался пропилом сгоревшего леса. Когда произошел конфликт с директором, его стали отправлять в разные командировки, – подчеркнула мать.

Про лесное хозяйство прозвучало солидно, хотя в деле есть характеристика на Шевцова, датированная… февралем 2012-го. Про то, какая тяжелая пила и как легко ей управлял Артем.

Жена Шевцова пояснила, что догадывалась о пагубном пристрастии Артема, поскольку у него были расширены зрачки, и не знала о преступной деятельности.

– Мы жили на мои деньги, у меня зарплата – 15 тысяч рублей. Я знала, что супруг не работал, но каждый день куда-то ходил. За съемную квартиру (9 500 рублей) мы платили вместе, откуда у Артема деньги, я не спрашивала, думала, что он подрабатывает. Банковская карточка – моя, мне ее выдали на ВАЗе. Зачем муж взял ее, я не знаю…

У сожительницы Станислава Самарцева  – свой рассказ. Она сообщила, что изъятый «Хендэ Солярис» принадлежит ей. Почему? Она брала кредит, вносила первый взнос (240 тысяч рублей) и сейчас ежемесячно выплачивает за иномарку по 15 тысяч. Откуда деньги? Являясь индивидуальным предпринимателем, держит точку по продаже мяса на рынке «Журавль». Ее ежемесячный доход – 70 тысяч.

Женщина призналась, что у сожителя очень часто были красные глаза – признак того, что он «курил». Но о том, что в ее квартире хранится героин, узнала только во время обыска. Правда, потом свидетельница изменила показания, заявив, что наркотики им подбросили полицейские.
С учетом позиции гособвинителя из прокуратуры Центрального района Самарцев получил 12 лет строгого режима, Шевцов – 10 лет и один месяц, режим колонии тот же. Оба уже обжаловали вынесенный приговор, посчитав его слишком суровым.

Сергей Русов, «Вольный город Тольятти»

наручники за спиной

фото: www.dui-criminal-lawyers.com

Оригинал статьи опубликован в газете «Вольный город Тольятти», № 13 (1141) 07.04.17
Номер свидетельства СМИ: ПИ № 7-2362

фото: из открытых источников