Сходила я тут недавно к доктору… Да так «удачно», что захотелось об этом написать. Вообще-то я ужасно не люблю ходить по больницам! Думаю, многие меня понимают: очереди, духота, нервные толпы больных в коридорах – кашляют, чихают… Пока в кабинет попадешь, того и гляди какую-нибудь бациллу подхватишь!

Обычно я лечусь сама, чаще народными средствами. Есть возможность – отлеживаюсь дома, нет – хожу на работу больная. Вот и на этот раз уже вроде бы вылечилась от ОРВИ. Но, видимо, не совсем, где-то на остановке озябла – и на тебе, ухо заболело, да еще и голос вообще пропал. Тут моя родня не на шутку всполошилась: горло, уши – это же в голове, там мозги совсем рядом! Да, думаю, голова мне еще точно пригодится. В общем, пришлось в поликлинику собираться.

Звоню в регистратуру, шепотом объясняю, что мне надо к лору попасть. Нельзя, говорят, так вот сразу к узкому специалисту, сначала надо к терапевту идти. Ладно, думаю, все-таки 21-й век на дворе, прорвемся. Нашла в интернете электронную регистратуру, а там – на завтра как раз один последний талончик к нашему участковому доктору остался. Вот повезло, думаю!

На прием пришла заранее: мало ли что! Возле кабинета – почему-то аж 7 человек. Ни про какие талоны даже слушать никто не хочет: живая очередь тут, говорят. Хотя мне она такой не показалась: ни по внешнему виду очередников (или совсем пожилые, или помоложе, но, видимо, очень плохо себя чувствуют), ни по скорости продвижения. Хорошо хоть я книгу с собой взяла почитать, а то совсем затосковать можно, потому что сидела я в ожидании целых два с половиной часа. И для чего тогда талоны на определенное время выдают?

Женщина, занявшая очередь за мной, очень волновалась: вдруг ее не примут из-за того, что в назначенное время не успевает зайти? Впереди стоявшие «успокоили»: у них тоже талоны давно просрочены. Принято за всё это время было всего 7 человек (то есть на каждого больного – больше 20 минут). Соседка слева возмутилась:

– Она там что, под микроскопом всех разглядывает?

– Ну, наверное, хорошая доктор, внимательная, – шепчу в ответ.

– Да нет, что вы: врачиха у нас просто никакая! Я к ней только за таблетками хожу, раз в месяц.

Вот тебе и раз… Хорошенькое начало! А вообще, конечно, в больничной очереди и времени, и поводов для грустных размышлений хоть отбавляй! Раньше, помнится, детские поликлиники были отдельно от взрослых. По-моему, это вполне разумно. А теперь? Целый коридор чихающих-кашляющих взрослых, мимо карапуз с пустышкой во рту топает (видимо, на руках у мамы столько времени совсем невмоготу сидеть). Около соседнего кабинета, слева – детский плач и утешения типа «Комарик укусил!» (значит, там прививки малышне делают). Больных, здоровых – всех в кучу! О каком здоровье нации речь вообще может идти? Перезаражаем друг друга, да и вымрем, как мамонты! Или нет, тут, похоже, ставка на естественный отбор: пусть выживут самые сильные и приспособленные.

А вот и иллюстрация: в кабинете справа от нашего прием только начинается, в очереди пока трое. Медленно подходит высокий, очень пожилой мужчина с палочкой, на пиджаке – ордена и медали в несколько рядов. Встает он рядом с дверью (ну да, знаем, ветераны войны – без очереди), а когда та открывается, то пытается зайти (естественно, не очень быстро).

Не тут-то было! Мимо, оттолкнув его, в кабинет мощно врывается крепкая на вид, тоже высокого роста пенсионерка. И дверь за собой захлопывает.

– Как лошадь ломовая! – выдыхает ошеломленный ветеран.

Народ, как говорил классик, безмолвствует… Ну что тут скажешь? Нехорошо, конечно, мужчине так про женщину, но, похоже, он всё-таки прав. А когда энергичная дама через некоторое время из кабинета вышла, старик и ей повторил эти же слова. Та, не поворачивая головы, гордо удалилась. Говорю же: естественный отбор – в самом неприглядном его выражении, просто закон джунглей какой-то!

Тем временем подходит наконец и моя очередь. Книга давно в сумке, а я сижу уже еле-еле, чуть ли не сползая по стене. Захожу в кабинет, шепотом здороваюсь, сажусь возле доктора. Она долго что-то пишет, не обращая на меня внимания, хотя, наверное, видно, что я уже просто в полуобморочном состоянии. Попутно они с медсестрой долго обсуждают предыдущего пациента, который, по их мнению, слишком настойчив в отстаивании своих прав.

Наконец обращают внимание и на меня – кивок на вешалку у самой двери:

– Раздевайтесь там и подходите!

Послушно иду, снимаю кофту. Раздеться, оказывается, надо сразу до пояса. А в кабинете горит яркий свет, жалюзи на окне сдвинуты к краю, и напротив, совсем рядом – жилой дом. Ох, думаю, и видок у них там из окошек! Доктор сначала измеряет мне давление, потом начинает слушать легкие и сердце. В кабинете прохладно (открыта форточка), меня знобит… Слышу, как за спиной открывается дверь, и понимаю, что меня очень хорошо видно из коридора… Жутко хочется возмутиться происходящим, но нет ни голоса, ни сил!.. Это что же за лечение такое?! Форменное издевательство над полуголыми больными людьми! Врачиха от него кайф, что ли, ловит?

Дальше – грустно и смешно (тогда, конечно, мне не до смеха было). Расспросы, чем болею и как лечусь. Отвечаю шепотом – расслышать, понятно, трудно.

– Как, говорите, ушные капли называются?

Повторяю – бесполезно. Беру ручку и пишу на листочке. Всё заносится в карточку. Ну хоть одно утешение: лечусь, похоже, правильно. В общем, рекомендовали мне продолжать в том же духе и отправили в регистратуру, за талоном к лору. А за стеклом – удивленные глаза регистратора:

– Талонов давно нет! Разве ваша участковая не в курсе?

Из последних сил ползу опять наверх, к терапевту. В ответ – полный равнодушия взгляд:

– А я что могу сделать? Пусть вам в регистратуре талон без времени выпишут!

Снова вниз, и опять отказ:

– Что вы, мы не можем без времени талончик дать – нас за это ругают! Идите завтра к началу приема – просите, чтобы приняли без талона!

Захотелось просто упасть. Как представила, что завтра, больной и без голоса, мне надо будет часами сидеть у кабинета или прорываться без записи сквозь толпу таких же страдальцев, но хотя бы с талонами в руках. А если и лор такая же «душевная» попадется и откажет наотрез?

Есть такая недобрая шутка про плохую учительницу: это женщина, которая когда-то думала, что любит детей... Так вот, не знаю, чем руководствовалась наша участковая, когда выбирала для себя профессию, но вряд ли она когда-то любила людей и даже, наверное, никогда так не думала.

В общем, не пошла я тогда больше к терапевту (а смысл?), уехала домой со слезами на глазах. И к лору без записи тоже не пошла: там и последнее здоровье оставить недолго. Пришлось к платному отоларингологу обращаться. Ну ладно, я работающий человек, а пенсионерам-то что делать – ложиться и помирать? Подруге пожаловалась, а та сказала, что они с мужем и сами только к платным докторам ходят, и маму ее 70-летнюю возят, иначе бесполезно. Да, дожили…

Ольга Николаевец, Центральный район
«Вольный город», № 2 (1130) 20.01.16

стетоскоп

earnoseandthroat.com

фото: из открытых источников