Чиновники продолжают выносить историю Ставрополя на свалку

Валентине Казаковой, создавшей в городе уникальный заповедник перенесенного города, заммэра заявила, что «такой директор» им не нужен.

Вы, наверное, уже не поверите, но не так давно в Тольятти было целых четыре музея. В городе с численностью населения больше, чем в областном Ульяновске, – четыре музея! Было. Теперь будет два.

В июле Валентина Казакова перестала быть директором городского музейного комплекса «Наследие», ею же созданного почти 20 лет назад. С ней как-то очень неожиданно не продлили трудовой договор и заодно приняли решение о реорганизации ГМК, слиянии его с краеведческим музеем. Мало того, руководитель департамента культуры Надежда Булюкина сообщила, что дом по улице Советской, 38а  будет снесен, так как находится в аварийном состоянии.

Общественность в шоке. Что уж говорить о самой Казаковой! Труд двух десятилетий – насмарку, уникальные коллекции – под спуд, в фонды, так как краеведческому и для своих-то экспонатов площадей не хватает, а старинный купеческий дом – под слом, уж найдут что построить на освободившемся месте, какой-нибудь уродливый домину. Или появится еще один заросший бурьяном пустырь. Зачем нашему городу история, кому нужна память о перенесенном городе? Ну не чиновникам же…

Сама Валентина Андреевна, конечно, не отказалась рассказать о своем видении ситуации:
– Чтобы подвести некую философию под все это, чиновники выдвигают версию, что само создание ГМК «Наследие» было стратегической ошибкой мэра Жилкина. Решение принято в 1996 году, а они решили исправить эту «ошибку» почти через 20 лет…

На самом деле Казакова полагает, что последние 2-3 года вызывала постоянное раздражение своим излишне инициативным и независимым поведением. Взять хотя бы ее обращение к губернатору с просьбой предусмотреть финансирование реконструкции исторического объекта «Дом Стариковых» из федерального бюджета.

– Это приравнивается к должностному преступлению…

Последние 7 лет деньги на строительство и реконструкцию музейного комплекса регулярно закладываются в бюджет и… переносятся на будущий год. Устав ждать, постоянно выслушивая от ставропольчан жалобы, что из двух домов «Наследия» – под номерами 38а и 39 – ни один не может их принять по причине отсутствия места и удобств (воды и туалета), что праздники проходят «под забором», Казакова решилась обратиться через головы наших чиновников к главе региона.

– Это ведь очень хорошее предложение, и на месте руководителя департамента культуры я бы меня похвалила. Но я нарвалась на обратную реакцию, потому что они всегда ругают и нервничают, если кто-то обращается к вышестоящим…

Но это – только первая из реальных причин немилости, понятных бывшему директору «Наследия».

– Во вторых, в мае мне пришлось обратиться в прокуратуру с просьбой предоставить информацию о расследовании по уголовному делу, возбужденному в июне 2013 года, в отношении недобросовестного подрядчика. Расследование в этом году было почему-то приостановлено. Заказчиком тех ремонтно-восстановительных работ выступала мэрия Тольятти (департамент по строительству), и акты выполненных работ (многих из которых на самом деле не было) подписывали ее специалисты. Следователь мне сказал, что нельзя ничего делать с домом, даже шпингалет нельзя поправить, потому что будет еще одна экспертиза. Я оказалась меж двух огней: по программе «Культура Тольятти» должна завершить мероприятия по дому Стариковых, а вторгаться в следственные действия не имею права.

И третье, что их озлобило и заставило такое решение принять – то, что совместно с общественным комитетом мы передали в мэрию и думу обращение по установке памятного знака-указателя улицы Валентины Ступиной (более 300 подписей). Для размещения мемориального знака-указателя который год не находится даже трех метров земли, в то время как перед музейным зданием, в месте исторической застройки, находится пустырь, более 20 лет не использующийся хозяином по назначению. И этот пример является ярким доказательством многолетней практики городских властей, распоряжающихся историческим наследием по своему усмотрению.

В общем, по собственному, с горькой иронией, признанию, директор ГМК «Наследие» «довыступалась».

– В начале июля у меня закончился трудовой договор, который заключался со мной на 5 лет и прежде всегда перезаключался автоматически. В последний раз это происходило при другом мэре и иных руководителях отрасли. На этот раз меня в мае пригласили к руководителю департамента и сказали, что нужно завершить программные мероприятия по «Дому Стариковых», поэтому «вы до конца года уж доработайте». Я согласилась. Но в течение мая-июня произошли вышеописанные события. 9 июля заместитель мэра по социальным вопросам Татьяна Леснякова сообщила, что договор со мной продлен не будет и что «такой директор нам не нужен».

– А какой им нужен?

– Управляемый, очевидно. Первый пункт в представлении на меня у Лесняковой: «неэффективное управление муниципальным имуществом». Что вкладывается в это понятие, Татьяна Ивановна пояснила: недостаточно мы зарабатываем средств от входной платы. Но музеи все неэффективны, это формальный повод.
Нам стыдно брать с людей входную плату в здание, где нет ни воды, ни туалета. Чиновники обычно говорят: «Вы должны эту проблему решить». Получается, как в анекдоте про дурдом: «Вы сначала научитесь плавать, а потом мы вам в бассейн воды нальем».

Ирония в том, что накануне этих печальных событий Валентина Казакова за свой счет прошла обучение и защитила на отлично диплом, взяв тему «Повышение эффективности учреждения культуры в современных условиях на примере ГМК «Наследие». Она провела глубокий анализ, почему музей не адаптировался к рыночным условиям и как сделать, чтобы работал более эффективно. Эй, дурдом, налейте водички!

…Несколько лет назад закрыли музей градостроительства в Тольятти, это было связано со смертью руководителя. Сейчас режут по живому, и называется все это совершенно неуместным словом «оптимизация» – слияние учреждений образования и культуры. Почему же от оптимизации такой в обществе один пессимизм?

– Один простой житель города побывал у нас в «Наследии» на групповой экскурсии. Она ему очень понравилось. С тех пор, как меня встречает, он говорит: «Я вас узнал, вы директор музея «Наследие»! Знаете, я хочу вам в экспозицию подарить ковер, он слишком шикарный для моей холостяцкой квартиры». Недавно встретил меня и опять про этот ковер. Я ему говорю: «Я уже не директор музея…» Он минуту молчал, потом говорит: «Ну все – капец. Валить отсюда надо».

Между прочим, в Ульяновске, который меньше нашего города, 12 музеев. Вы скажете: это все-таки Ульяновск. А для нас перенесенный в центр города кусочек старого Ставрополя не менее ценен, чем купеческие кварталы бывшего Симбирска. Об этом не раз говорили Казаковой побывавшие у нее на «Старом чердаке» (это название экспозиции) эксперты: Сергей Малахов из Самары, Владимир Дукельский из Москвы. Но своих экспертов у нас нет! У нас есть чиновники. И они теперь будут, как говорит Казакова, решать, достоин ли дом звания «объект культурного наследия» или не достоин. Можно судить о последствиях по уже сделанному: клуб «Гидростроитель» и пельменная в Портгороде, водонапорная башня и дом купца Субботина в Центральном районе. Теперь на очереди дом по Советской, 38а. Ломать, как известно, не строить!

У нас в области теперь новый министр культуры, чье мнение по поводу реорганизации ГМК «Наследие» пока не известно. А вот его предшественница Ольга Рыбакова год назад настоятельно рекомендовала нашим чиновникам от культуры внести дом Стариковых в реестр исторических памятников. Но, видимо, ничто не может предотвратить нелепых решений нашей власти.

– На последнем заседании городской думы заслушивался отчет департамента культуры о том, как прошло празднование 70-летия Победы. Наш музей – единственный – был отмечен на высшем уровне, я ездила в областной дом правительства получать награду из рук главного федерального инспектора по Самарской области, представителя администрации президента Российской Федерации Сергея Чабана. Было ли это отмечено в докладе мэрии? Ни строчки, как будто нас и нет. Ни о выставке «Аллея Памяти», ни о выставке, посвященной Виктору Кувшинову, ни о подготовке уникального сборника воспоминаний ставропольчан, посвященного детям войны, ни о дне улицы Валентины Ступиной, ни о многом другом ни слова не было сказано.

Да уж, попасть в немилость к власти муниципальному работнику куда хуже, чем провиниться в «неэффективном использовании имущества». Валентина Казакова с ненужным чиновникам трепетом относится к объекту истории, памяти. Для чиновников это – имущество.

– Когда с Жилкиным обсуждался проект создания ГМК, были также те, кто против, денег не хватало, как обычно, на культуру. Но Сергей Федорович настоял, это всколыхнуло сознание ставропольчан, они начали приносить в музей свои реликвии, осколки старого города. Это – уголок их малой родины. Это понимали тогдашние руководители: Тамара Киршина, Надежда Хитун, при них появился этот праздник «Домик окнами в сад», они его поддержали. Они понимали, как важен для людей этот живой проект. Музей был объектом досуга и культуры в целом. Присутствие здесь музейного комплекса на самом деле очень важно. Сейчас в этом районе частной застройки дома скупают цыгане, в пяти минутах ходьбы от мэрии возникает полукриминальная среда. У нас перед музеем часто стрелки какие-то забивают. Власти же безразлично, как этот район развивается. Если бы они думали о развитии города, сделали бы это место жемчужиной…

От редакции. Пока заместитель мэра по социальным вопросам Татьяна Леснякова упраздняет музей, в отношении нее расследуется уголовное дело. Часть 1 статьи 205 – злоупотребление должностными полномочиями. Напомним суть: заммэра на полгода устроила родной матери бесплатный отдых в муниципальном пансионате «Звездный». Ущерб составил 618 800 рублей.

автор: Надежда Бикулова

Интересно:

В прокуратуру города обратился коллектив муниципального пансионата «Звездный»

Фотоальбом: от Ставрополя до Тольятти

Фотографии жителей Ставрополя-на-Волге

собор в Ставрополе на Волге
«Вольный город», 48 (1050) 24.07.15

фото: из открытых источников