8 марта питерский режиссер Олег Куртанидзе порадует тольяттинцев очередной комедией

Это будет уже третья постановка Олега Амирановича на сцене Молодежного драматического театра (МДТ). Возможно, так рождаются легенды про режиссерский успех, но мимо фактов, говорящих за себя, трудно пройти. Первую комедию — «Укрощение строптивой» по Шекспиру — Олег Куртанидзе поставил в 2010 году. Спектакль до сих пор собирает полные залы. Про вторую комедию — «Тетки», поставленную по пьесе современного драматурга Александра Коровкина, — я вообще молчу. Премьера состоялась в сентябре, спектакль идет в МДТ чуть ли не полгода, а билеты на «Теток» раскуплены за месяц вперед. Правда, кое-кто, как я слышала, утверждает, что «Тетки» — это худший спектакль, который удалось увидеть в Тольятти, ужасный китч, к искусству не имеет никакого отношения. Если страсти кипят, значит, равнодушных нет! Это повод, чтобы задать несколько вопросов востребованному режиссеру, за спектакли которого зрители голосуют рублем.  

И Станиславского вспомнили, и «Медею»

— Олег Амиранович, как вы прокомментируете феноменальный успех «Теток»?

— Может, эта пьеса подведет итог 20 годам современного российского театра и закончит наконец историю с комедиями положений. В этой комедии  собрано все, что было в комедиях положений. Может, эта сборная солянка и дает тот вкус, который мы так любим в сложных супах, собранных из разных продуктов. Энди Уорхолл тоже китч! Я ставил водевили, например, «Гусарскую балладу», ее тоже можно отнести к разряду «китч» — война там сопровождается сплошными радостными песнями.  Если зрители приходят в театр и радуются — хорошо, в конечном итоге это и есть назначение театра.

— Но вы, насколько я знаю, и очень серьезную классику ставили, начиная с чуть ли не с древнегреческих трагедий, заканчивая пьесами Вампилова и Володина.

— Да, в частности, трагедию «Медея» поставил по произведениям трех авторов: древнегреческого Еврипида и современных драматургов — Людмилы Разумовской и Хайнера Мюллера. Спектакль идет в Мичуринском театре, туда «Медею» приезжают смотреть из Москвы. Это жесткая, бескомпромиссная работа. Кроме нее хочется выделить «Белого ангела с черными крыльями» по пьесе Дианы Балыко, который  я поставил в Северодвинске. Ради таких спектаклей хочется заниматься театром. Сейчас ищу ту площадку и тех актеров, с которыми мог бы заниматься чистым творчеством. Но иногда надо позволять себе ставить востребованные спектакли, а не закапываться в своих рефлексиях. Театр предоставляет огромную палитру возможностей, которые можно реализовать. Я никогда не считал себя режиссером, который умеет ставить комедии. В «Укрощении строптивой» мне сам автор помог — Уильям Шекспир. Главное — не бояться следовать за автором.

А в «Тетках» показалось любопытным попробовать себя в жанре, который, казалось бы, уже набил всем оскомину, и вытащить из него что-то человеческое. Сюжет старались практически не репетировать, хотелось показать именно человеческие взаимоотношения. Мне показалось, люди ходят именно на это. Когда в «Тетках» идут драматические сцены, зрители молчат. Понимаете, есть различие между смехом и ржанием. Да, зрители хохочут в голос и танцуют на поклонах. А что плохого? Станиславский сказал, что театр должен развлекать. К высокой  трагедии зрителей надо приучать постепенно. Товстоногов в БДТ начал с комедии «Шестой этаж», а не с серьезного спектакля «Три мешка сорной пшеницы»…

— Судя по результатам, коллектив МДТ не обманул ваших ожиданий и здоровых режиссерских амбиций?

— Нет, мы еще на «Укрощении строптивой» договорились и нашли общий тон. Во многих театрах актеры забывают, что они исполнители. Как только это осознают, происходит сотворчество. Потому что все подчинено идее режиссера. Это добровольная диктатура, когда каждый знает свое место, свое дело и при этом не теряет ощущение команды. Задача режиссера — постоянно мотивировать и направлять в нужное русло команду, состоящую из разных цехов, чтобы открылся занавес и произошло чудо спектакля, который состоит из тысяч запчастей. МДТ — один из самых работоспособных театров, с которыми я сотрудничал.

— А идея с «живым трупом» в «Тетках» как родилась? Зал от трупа в полном восторге…

— Импровизация родилась на репетиции. Можно было сделать манекен и возить его по сцене. А «живой труп» соответствует жанру. Мы делали спектакль очень легко, просто попытались пожить в этих обстоятельствах. Персонажи «Теток» получились живые — зрители узнают знакомых или себя и поэтому реагируют. Но за невероятным круговоротом сюжета кроются знакомые каждому из нас семейные ценности. Комедия — это трагедия, которая произошла не со мной.

Выбрали французский юмор

— Какой будет ваша новая постановка?

— Еще хуже предыдущей! Спектакль будет называться «Во все тяжкие, или Дамский портной». Это комедия по пьесе французского драматурга Жоржа Фейдо. Пьесу «Дамский портной» может взять любая театральная студия и поставить за три дня — она очень живая и подвижная. Мне показалось, что пьеса является проводником между комедией Мольера и театром абсурда. За всеми этими любовниками, мужьями-рогоносцами, любовницами, не вовремя приезжающими тещами кроется золотая нить французской комедии. Мы попробуем взять французское чувство юмора, основанное на каком-то легкомыслии и при этом точном понимании своих желаний. Если в «Тетках» локомотивом стала народная артистка России Наталья Дроздова, то в новом спектакле им станет Антон Шибанов. Его герой практически не сходит со сцены, становится заложником тех обстоятельств, которые он сам себе и придумал. Вертится, как уж на сковородке. Христина Шепель будет играть его жену, сражающуюся за мужа. Зрителей порадует целый парад-алле ярких типажей. Сейчас все шьется, пилится, режется — даже фонтан на сцене должен быть живой. Я сравниваю театр со спортом высоких достижений, потому что нужны жесточайшая самодисциплина и работоспособность. За полтора месяца мы должны подготовить спектакль, премьера «Во все тяжкие, или Дамский портной» состоится 8 марта.

— Насколько возможно рассчитать блестящий, успешный спектакль?

— На 70 процентов. 30 процентов предлагают актеры. И в «Тетках», и в «Укрощении строптивой» все шли на творческое содружество, репетиции не были скучными.

Ищем бриллиант искусства

— Какова, по-вашему, грань между конъюнктурой и актуальностью спектакля?

— Очень тонкая. «Тетки», наверное,  конъюнктурный спектакль. Но без таких спектаклей нельзя, театр должен уметь выживать. Будучи легким жанром, комедии нужны, чтобы приучить зрителей ходить в театр. А потом уже надо предлагать публике более сложные вещи, то есть продвигать просветительскую миссию. Пусть будет как можно больше аншлаговых спектаклей. Зритель должен привыкнуть к успешным постановкам, заранее беспокоиться о билете, о своем внешнем виде — с этого начинается культура, внутри которой находится бриллиант искусства. Успешный театр может себе позволить не обращать внимания на критику. А критики обязаны приезжать в успешный театр.

— И последний вопрос: почему вы переквалифицировались из актеров в режиссеры?

— Потому что актеру важно найти своего режиссера. Я  долго искал, но так и не нашел. Как только поступил в ГИТИС, сразу начал играть, потому что поступил взрослым, в 24 года. Актеру надо быть смиренным, как послушнику в монастыре. Театр — это кладбище амбиций. Актер должен погасить свои амбиции и работать на общий результат, быть частью команды. Прежде чем выбрать профессию режиссера, я пробовал себя в разных профессиях. В 14 лет поступил в полиграфическое училище. До ГИТИСа долго работал в типографии. Перейдя на творческую стезю, пробовал писать пьесы, думал даже в литературный институт поступать. Мне нравилось это, но я остановился на режиссуре. Потому что она дает возможность полифонии. Режиссер может выразить себя через текст, сценографию, костюмы, музыку. Причем этот комплекс выразительных средств можно поворачивать разными гранями, чтобы зритель увидел объемную историю. Это как при рассматривании бриллианта, когда грани отсвечивают разным цветом, но в целом создается прекрасное впечатление гармонии.

Наша справка

Олег Куртанидзе родился 5 февраля 1968 года в Апатитах.
В 1999 году окончил ГИТИС.
С 1996 года живет и работает в Санкт-Петербурге.
В 2007-2009 годах был главным режиссером Северодвинского драматического театра.
2012-2014 гг. — главный режиссер мичуринского драматического театра.

Ольга Пимантьева, «Площадь Свободы»
oleangelina@yandex.ru

бывший актер сейчас режиссер держит очки

фото: «Площадь Свободы»

фото: из открытых источников